— Товарищ лейтенант, — подал голос прапорщик.
— А?
— Вы живы?
Лейтенант промолчал.
— Другого ответа я и не ждал, — вздохнул прапорщик.
— Отставить, прапорщик, — еле слышно отозвался лейтенант.
— Есть, — откликнулся прапорщик. И спустя минуту продолжил:
— Ждать и догонять — хуже некуда. Особенно на войне.
— Какие будут предложения? — поднял голову лейтенант.
— Отпустите в ночное, товарищ командир! Состояние критическое. Организм требует разрядки.
— Кровь запеклась, — поддержал Файзуллаева сержант.
Улыбка тронула губы командира.
— Сами виноваты, — произнёс он. — Не следовало поддаваться эмоциям. Нереализованные, они губят людей на корню.
— Точно! — подхватили в один голос обе жертвы.
Лейтенант взял время на раздумье.
— Хорошо, — сказал он через минуту. — Разрешаю прогулку в ночное время. Босиком туда и обратно.
Реальность преобразилась. Повеяло свежим ветром. Жить и работать стало веселей. И лишь одному из разведчиков — самому молодому — было всё равно. Отрешённый сном с открытыми глазами, он находился за пределами общения товарищей — в ином обществе, наедине с самим собой. Смотря вперёд, он видел воздух. Прозрачный, неподвижный, горный…
…Утро 7-го января. Моросил мелкий нудный дождик. Измотанная долгой безуспешной погоней за бандой рота входила на территорию дружественного революционным властям большого горного селения.
Дымились жаркие печи-тандури, нёсся по воздуху аромат простой и сытной еды, чудились полные радушия и дружелюбия лица местных жителей.
Светла, чиста и притягательна была отдушина восточного гостеприимства
