февраля, зайдя в гости к знакомым, ел там пирог с незнакомым ему купцом, бывшим в бесчувственно пьяном состоянии, и, соблазнившись тем купцом, сам напился до такой степени, что более ничего не помнит, и очнулся только вчера за городскими свалками,
На Красной площади Петрункевич бы на колу сидел, на Страстной Родичев, на детское удовольствие на колесе бы вертелся, на Арбатской Маклакова бы на горячих углях поджаривали, а на Каланчевской - князь Павел Долгоруков, будучи подвешен за большие пальцы рук, с гирями, прикрепленными к большим пальцам на ногах
