– У тебя найдется минутка? – пропела Шик не в меру сладко. – Нам нужен мужской взгляд.
Две кокетки покружились, взметнув складки платьев вокруг бедер.
– Как мы выглядим? Молчи, Пейдж.
– Так, будто нарушили уже восемь заповедей, – вставила Пейдж. – И смело идете на штурм двух оставшихся.
Каково сейчас, в эту минуту, в вашем маленьком личном аду, мисс Балестреро?
– Это… очень закрытый клуб, – сказала она, поджав губы, с непроницаемым лицом. – Допускаются только круглые дуры и неудачницы.
Наша девушка любит яркие цвета, – весело подхватила Эчика. – Ручаюсь, когда Шик выйдет замуж за президента Соединенных Штатов, она первым делом перекрасит Белый дом.
О милая, милая Розетта, как мне убедить тебя, что в этом мире стоит жить? Он вдохновляет, он такой жгучий, волшебный, волнующий, почему же, черт побери, ты выбрала жизнь за его пределами…
Наша мисс Артемисия хорошо пожила, как говорится, жгла свечу с двух концов, – вздохнула Истер Уитти, отстегивая птичек от хозяйкиной бретельки. – Заметьте, я не знаю никого, кому удалось бы жечь ее с середки.
