укрытие.
Невероятно, но опять-таки факт! В одном углу сложены — не свалены в беспорядочную
2 Ұнайды
Не менее тридцати гаубиц молотили по одному и тому же месту. Земля, разорванная, щедро политая металлом, полыхала адским пламенем, стонала, содрогалась в бессильной своей ненависти.
1 Ұнайды
Ха, а вот и кровосос с красной рожей и вислыми, словно щупальца, усами. А у этого шнобель, словно труба противогаза у снорка. Опа! Вот и «Монолит» пожаловал».
Док проводил взглядом двух дюжих сержантов линейной милиции в черных формах, закрытых шлемах, с дубинками за поясом.
«А на хрен им шлемы? — мысленно вопросил Док. — Или все здесь так плохо? И вообще, на фига я сюда пожаловал? Мне что, в Зоне не хватало подобных уродов? Тоже мне, спаситель Мира».
Спаситель, не спаситель, а для начала следовало слить баксы. Народ ждал утреннюю электричку на Киев. Следующая уходила только в полдень. Ура! Обменный пункт на вокзале, конечно, был, причем не один, а целых три. И работали все круглосуточно.
Док, не без душевного трепета, сунул в узкое окошечко хрусткую новенькую сотку от Крысятника. А вдруг фальшивая? Или документы затребуют. С документами, положим, у него все в порядке, но черт его знает, какие у них тут сейчас порядки и обычаи. Все же главное, чтобы Крысятник не кинул его с долларами.
Прошло, прокатило, удалось… Кассир повертел сотку в руках, глянул ее на свет и сунул в какой-то аппарат. Потом молча отсчитал Доку десяток купюр. Каждая достоинством в сто гривен. Док сграбастал их со вздохом облегчения и быстро отвалил от обменного пункта.
Теперь в кассу — за билетом.
— А денег мельче у вас нет? — сердито буркнул кассир-билетер.
— Нет, извините. — Док виновато пожал плечами. — Только такие…
Кассир еще что-то прошипел себе под нос, но все-таки выдал Доку билет и отслюнявил сдачу мелкими купюрами.
Что ни говори, а пока Док чувствовал себя не в своей тарелке. Далеко не в своей.
«Тут бы ПДА подключить, может, Юрась что и присоветовал бы», — с сожалением отметил он и поплелся на перрон. «Стоп! — Док тормознул перед газетным киоском. — Не мешало бы просветиться».
— А какие у вас есть центральные газеты?
— Та уси, а яку вам потрибно?
— Та уси и потрибни, — моментально перешел языковый барьер Док, изумившись в очередной раз провинциальному сервису.
— Так шо давать?
— Я ж сказав, уси и давать.
Он сгреб с прилавка солидную пачку газет, скрутил их в толстую трубку и сунул в рюкзачок за спиной.
— Ще е журнал «Светская жизнь» про… эти… тусовки. Тики вин дорогый.
— Давайте и журнал про светские тусовки.
Вагон электрички ничем особо новым Дока не поразил. Разве что деревянные скамьи заменили на пластиковые. Мягче от этого они не стали. Он занял место у окна, огляделся. Казалось, что народ с вокзала набьется в электричку под завязку. Но так только казалось. Люди рассосались по всему поезду, и вагон заполнился только наполовину. Места рядом с ним и напротив были не заняты.
«Вот и отлично, — обрадовался Док, — поеду в гордом одиночестве».
И только он успокоился, как напротив у окна присела… присела она.
Док скользнул по незнакомке опытным взглядом бретера и обмер.
Горячая, тугая, до скрипа в зубах, до красной пелены в глазах волна вдруг ударила в голову. Та волна, что била перед последним боем в головы спартанцев, берсерков, янычар, самураев. В славянском варианте она почему-то четко материализовалась в матерную фразу: «Х… вам в рот!!!»
— Истина вторая: драку, сиречь войну, тоже нужно любить искренне, всей душой любить, иначе в Валгаллу не попадешь.
драку, сиречь войну, тоже нужно любить искренне, всей душой любить, иначе в Валгаллу не попадешь
есть истины, понятные только воину от Бога. Воину от Марса, Ареса, Одина… Кто там еще? Истина первая: землю, на которой воюешь, нужно любить! Любить искренне. Твоя она или чужая. Если ты ее полюбишь, то будешь свято почитать обычаи и законы народов, которые на этой земле живут испокон веков. Да! Если покопаешься в истории, то поймешь, что все истинно великие полководцы — Македонский, Ганнибал, Марк Аврелий, Цезарь, Чингисхан, Наполеон — любили земли, которые завоевали. И… ха!.. своих сподвижников женили на бабах оккупированных территорий
— А какие у вас есть центральные газеты?
— Та уси, а яку вам потрибно?