Я хотел объяснить ей, что мне не жаль, но передумал. Как это можно объяснить? Я же его сначала в голове нарисовал и только потом перенес на стену, будто скопировал. И если надо будет – перенесу снова. А может, даже перерисую.
Я теперь вообще мог рисовать его как угодно – сидя, лежа, на бегу. И вообще – делать с ним всё что захочу. Потому что я был Властелином его жизни. А он – моим Нарисованны
