На этом и строилось перемирие. На шантаже и угрозах.
1 Ұнайды
– Могу. Таково было пожелание ваших родителей. Но никто вас не отрезал от мира. Если вы хотите, можете пообщаться с родными через официальный чат школы, который установлен на каждом компьютере в IT-классе. Ваши родители тоже установили себе наше приложение. А вот трепаться с друзьями всю ночь напролет не выйдет. Но я рада, что вы пошумели и выпустили пар. Прошу…
– А вещи? У нас украли вещи! У меня вытащили кое-что ценное из чемодана! – заявил Артем.
– Если ты про бутылку коньяка, которую ты, вопреки правилам, привез в школу, то мы ее изъяли. Передадим твоему отцу при возможности, – спокойно ответила Агния Михайловна.
– Не, ну а чего отцу-то сразу? Можете просто выкинуть, – занервничал Артемий.
Директриса улыбнулась, не разжимая губ.
– Вы что, рылись в наших вещах? – возмутилась Ангелина.
– Конечно. Таковы правила, – невозмутимо ответила она.
– А карандаши с пастелью? Они что, тоже запрещены? У меня пропало все для рисования, – громко спросила девушка с сиреневыми волосами.
– Да, ты же читала правила. У нас не разрешается заниматься рисованием, скульптурой и другим творчеством.
Анна несколько секунд ловила ртом воздух, как выпавшая из аквариума рыбка.
– Но почему? – вскинулся тот парень с прямым пробором, что периодически поглядывал на Вику. – Алкоголь… телефоны – это я хоть могу объяснить. Но чем вам не угодило рисование? Развращает молодежь?
– Отвлекает от учебы, Владлен, – спокойно пояснила директриса.
– А может я собираюсь стать художником? Моя учеба и заключается в мастерстве рисования! – возмутилась девушка с сиреневыми волосами.
– Твои родители, Анна, были другого мнения.
– Не может быть! Вы врете. Я спрошу у них.
– Конечно. Спроси обязательно, – холодно улыбнулась Агния Михайловна, – а теперь прошу всех за мной, я покажу вам школу и отведу на обед.
Вика видела, что Ангелина тоже хотела что-то крикнуть, но Агния Михайловна уже отвернулась и пошла к выходу, так что она передумала. Ангелина торжествующе взглянула на Вику: дескать я же говорила, что смогу связаться с папой.
– Еще не все пришли. Антона нет и одного из этих… элитных. Мелкого такого, – спокойно заметила Белка вслед директрисе.
основном были одеты в стиле, который мама бы называла «провинциальная помпезность». Как будто некая тетушка из далекого мухосранска старательно нарядила любимое дитятко на поездку «в люди».
Справа у другой стены стояли восемь парней в нормальных брендовых шмотках и громко ржали над нервными шуточками одного особо шумного высокого юноши в бейсболке «Make America Trump Again».
Напротив них щебетали шесть девушек, в которых Вика безошибочно распознала людей своего круга. И хотя только у парочки из них на одежде лейблы брендов кричали крупным шрифтом, но было заметно, что и остальные одевались далеко не в обычных торговых центрах с ширпотребом.
Выбора, куда прибиться, не было. Папа остался вместе с остальными родителями у двери, а она подошла к группе девиц.
– Привет всем. Я Вика, – заявила она с ходу.
Девушки, хоть и кучковались рядом, но, судя по всему, особо еще не познакомились. Вика невольно послужила катализатором процесса.
– Кстати, да. Мы что-то так и не представились. Софья, – улыбнулась и кивнула невысокая русоволосая девица с достаточно короткой стрижкой.
– Елизавета, – это было произнесено сухо, официально, с нервно сжатыми губами. Да и среди всех она единственная была одета в строгий деловой брючный костюм.
– Микаэла, – представилась невысокая, слегка пухленькая армянка с густой черной гривой.
Высокая блондинка, облепленная лейблами Гуччи, как новогодняя елка, свысока осмотрела Вику с головы до ног, но, видимо, сочла достойной ответа:
– Можете звать меня Ангелиной.
Девица в бежевом велюровом тренировочном костюме с высветленным до белого цвета каре отвлеклась от созерцания парней у другой стенки:
– Нет, вы только посмотрите, какой там крашик стоит. Ах, да… я Лика. Очень приятно.
– Где? Где крашик? – тут же заинтересовалась Софья и обернулась. Елизавета только брезгливо поджала губы. Остальные даже не дернулись. Вика не выдержала и тоже мельком глянула, куда смотрят девушки. Среди группы провинциалов действительно стоял идеальный красавчик: эдакая смесь Бреда Питта и Джейкоба Элорди. Одет парень был так, словно свалился из сороковых: белая рубашка и мешковатые черные брюки.
– Фи. Он из этих, – разочарованно фыркнула Софья.
– Плевать! – мечтательно протянула Лика
Вика, тоже не раздеваясь, упала на кровать, думая, что точно до утра не заснет, и вдруг тут же отрубилась.
Первое правило Бойцовского клуба – никому не говорить о Бойцовском клубе
Внутри царила щемящая пустота. Все разом потеряло смысл.