Ведь она уже стала забывать, что в ней томятся две души, эти души молчали и плакали без слёз в темнице, которой было для них мощное тело Марилены, а вместо них в этом теле вырастала совершенно новая, посторонняя душа, толстая и прожорливая, нахальная и весёлая, жадная и бесцеремонная, остроумная, когда это выгодно, и мрачная, когда невыгодно.
