автордың кітабынан сөз тіркестері Исторические мемуары об императоре Александре и его дворе
Условившись относительно необходимых мер предосторожности, заговорщики назначили ближайший срок для совершения своего преступления. Расставшись с ними, Пален, имея в руках переданный ему государем роковой приказ, отправился во дворец Великого князя Александра. Немедленно принятый наследником, он почтительно преклонился перед ним, и, изобразив на лице своем крайнюю скорбь, он известил великого князя о высочайшей воле императора.
«Как! – воскликнул изумлённый Александр. – Его Императорское Величество, отец мой, хочет лишить меня свободы? Какое же преступление совершил я, чтобы навлечь на себя такую строгую кару?».
«Вашему Императорскому Высочеству известно, – сказал Пален, вторично преклоняясь, – что, к несчастью, карам подвергаются здесь иногда те, кто не совершил ничего дурного».
При этих словах великий князь бросил на Палена строгий взгляд. После нескольких минут молчания Александр сказал:
«Император волен в моей судьбе. Я подчиняюсь, покажите мне приказ».
Пален представил его великому князю. Пробежав его вскользь, Александр горестно воскликнул: «И брат мой также!»
Чтобы нанести сердцу молодого великого князя наиболее чувствительные удары, Пален намекнул ему на судьбу, ожидавшую его невинную и добродетельную мать. «Нет! Это уже слишком», – сказал великий князь, закрывая лицо, чтобы скрыть свое горе от внимательных взоров фаворита.
1 Ұнайды
Французы сочли долгом предложить государю переменить название Аустерлицкого моста.
– Нет, – сказал государь. – Достаточно, если знать, что император Александр перешёл через этот мост со своими войсками
1 Ұнайды
Александр сказал им, улыбаясь: «Если б я был вознесён так высоко, у меня закружилась бы голова»[
1 Ұнайды
Когда Александр переходил Вандомскую площадь, взоры его внезапно были поражены красивым памятником, возведённым искусством в честь гордыни, победы и мощи, соединившихся в личности Наполеона, в честь монарха, внушавшего такой страх, в честь гордого завоевателя, который, в силу превратности человеческих судеб и под влиянием созидателей его карьеры, в ту самую, быть может, минуту, когда счастливый и скромный его соперник созерцал его великолепное изображение, – подписывал акт отречения, лишавший его величия и верховной власти…
1 Ұнайды
Он объявил, что не хочет ничего слышать: он здесь, чтобы прощать…
1 Ұнайды
Вы не можете себе представить, – прибавил он, – до какой степени испорчены у нас нравы. Никто не верит в истинную дружбу, в бескорыстное чувство к женщине, которая вам не мать, не жена, не сестра, и не люб…»
1 Ұнайды
Судя по этим брошенным в разговоре различным мыслям, мне трудно сказать, желал ли тогда же Александр падения Наполеона и верил ли он в возможность этого падения. Но, говоря о Наполеоне, он несколько раз повторил с особым выражением: «Чары рассеяны». Не думал ли он о Бонапарте, влияние которого он испытал на самом себе?
1 Ұнайды
При моем свидании с Наполеоном в Эрфурте он сказал мне по поводу некоторых высказанных мной мыслей о способах управления этим народом: “Вы французов не знаете, надо править ими, подобно мне, – при помощи железного бича”. Я признаю теперь, как прав был Талейран, сказавший мне тогда, что мир для Франции необходим
1 Ұнайды
Не всё ль равно, – ответил государь, – сделает ли это он или я, лишь бы водворился мир».
1 Ұнайды
Боже мой! – сказал Александр, прижимая обе руки ко лбу. – Какая блестящая карьера еще предстояла этому человеку!.. Он мог дать Европе мир. Это было в его власти, и он этого не сделал! Теперь чары его рассеяны! Посмотрим, что лучше удастся, – внушать страх или любовь»
1 Ұнайды