Андре Моруа, классик французской литературы XX века, подлинный мастер психологической прозы, прославился еще и как автор романизированных биографий Дюма, Бальзака, Жорж Санд и др. Одна из лучших его книг в этом жанре — «Олимпио, или Жизнь Виктора Гюго» — посвящена великому французу, оставившему неповторимый след в истории не только французской, но и европейской культуры. Прославленный поэт, драматург, прозаик, Виктор Гюго отважно ринулся в политику, стал пэром Франции, защитником отверженных и гонимых. За идеалы свободы и демократии он сражался на баррикадах, а затем почти двадцать лет провел в изгнании. Соотечественники считали Гюго совестью нации, недаром Ромен Роллан назвал его «Львом Толстым французской литературы». Андре Моруа с неподражаемым мастерством создает удивительно яркий портрет этого многоликого человека.
Подробная биография удивительного писателя Виктора Гюго, который оказывается был прежде всего великим поэтом , а потом уже прозаиком. Невероятная жизненная сила этого человека не угасала до самых последних дней. И даже будучи 82 лет он встречался с молодыми женщинами и оставался страстным , неугомонным любовником. Очень трогательна история любви Жюльетты Друэ, которая была его любовницей и фактически второй женой в течение 50 лет . Удивительные нравы позволяли и жене Гюго, матери их 4-х детей, открыто не скучать и не отставать от мужа в плане отношений на стороне. Вы узнаете немало интересного и полезного из запутанной истории Франции , переходившей от короля к революции , к императору , республике , снова к монархии и так далее . И ещё многое, многое другое в этой замечательной книге :-)
вам никуда не уйти от того, что время движется вперед, что наступил ваш последний час, что Земля вращается... Что ж, приносите народ в жертву! Нравится вам это или нет, но прошлое есть прошлое. Пытайтесь починить его расшатанные оси и ветхие колеса, запрягайте в него, если хотите, семнадцать государственных мужей. Тащите его сюда, и пусть сегодняшний день озарит его своим светом. И что же? Что окажется на поверку? Прошлое останется прошлым! Только еще яснее будет видна его ветхость, вот и все...
Я знаю, господа, что каждый раз, когда мы вкладываем в слово совесть тот значительный смысл, который, на наш взгляд, оно имеет, это, к несчастью для нас, вызывает улыбку у весьма крупных политических деятелей. На первых порах эти великие политики еще не считают нас неизлечимыми; мы внушаем им сострадание, они согласны врачевать недуг, которым мы поражены, — совесть — и елейно противопоставляют ему государственную необходимость. А вот если мы упорствуем — о, тогда они начинают гневаться, тогда они заявляют нам, что мы ничего не смыслим в делах, что у нас нет политического чутья, что мы люди несерьезные, и... как бы мне выразиться... впрочем, скажу! Они бросают нам в лицо бранное слово, самое что ни на есть оскорбительное, какое только могут найти: они называют нас поэтами