Кітаптан алынған дәйексөздер Умолкнувший ораторавтор Рекс Стаут
посмотрел на большие настенные часы: без двух минут четыре. Я посмотрел на свои наручные часы: без одной минуты четыре. Несмотря на такое расхождение в показаниях, можно было смело заключить, что скоро четыре утра.
1 Ұнайды
Ей-богу, даже подумал, что она вот-вот заплачет от отчаяния по поводу безвременной кончины связей с общественностью
— Если честно, я могу ответить на ваш вопрос только ложью. — Я улыбнулся. — Список необходим ему, чтобы попросить автограф у присутствовавших на приеме
Полчаса спустя я ушел с тем, с чем и ожидал уйти, — ни с чем. Надежда на то, что он на три процента болтливее остальных, не оправдалась
— Боже мой! — обескураженно произнес я, направляясь к двери. — Подозрительность... Вечно одна подозрительность! Что за человек?!
Полученные на завтра задания настолько завладели моими мыслями, что я вертелся в постели не меньше тридцати секунд, прежде чем меня сморил сон.
а во-вторых, его замечание, возможно, имело отношение к нашему предыдущему разговору, чего нельзя сказать о моей тираде
— Приемлемо, Арчи, — пробормотал Вулф.
Откровенно говоря, я хотел бы, чтобы при словах «Приемлемо, Арчи» у меня не так сильно учащалось сердцебиение. Это так по-детски!
И хотя с микроскопом эксперты работали очень аккуратно и, очевидно, заслуживали доверия, я решил, что проверка на предмет пятен все же не помешает.
Для третьего преследователя, который знает, насколько умен беглец, очевидно, что тот не сошел с поезда в Ньюарке, поскольку это было бы слишком очевидно, а отправился прямиком в Филадельфию. Нюансы гонят очевидное вверх по бесконечной спирали и не могут догнать. Ты знаешь номер телефона мисс Бун?
Я мог бы заподозрить, что Вулф гонит меня из дому на улицу от греха подальше, если бы не тот факт, что мое отсутствие причинит ему лишние неудобства, поскольку заставит его или самому отвечать на телефонные звонки, или отрывать от работы Фрица, которому придется и подходить к телефону, и открывать дверь. Итак, положившись на порядочность Вулфа, по крайней мере умозрительно, я набрал коммутатор отеля «Уолдорф» и попросил соединить меня с мисс Бун. Ответил мужской голос, которого я не узнал. Я представился и попросил к телефону мисс Бун. И, прождав дольше, чем следовало бы, наконец услышал Нину.
— Это Нина Бун. Вы мистер Гудвин из офиса Ниро Вулфа? Я не ошибаюсь?
— Так точно. Которому платит НАП. Спасибо, что ответили на мой звонок.
— Ну что вы, не стоит благодарности! Вы что-то хотели?
— Разумеется, хотел, но не будем об этом. Я звоню вам вовсе не потому, что чего-то хочу, или хотел, или мог бы хотеть. Я звоню по поручению одного человека, который действительно чего-то хочет, но он, по моему глубокому убеждению, самый натуральный псих. Вы понимаете, в каком я положении? Сам-то я никогда не решился бы позвонить вам, сказать, что это Арчи Гудвин, что я взял из своих сбережений десять баксов и хочу спросить, как вы относитесь к предложению пообедать вдвоем в бразильском ресторанчике на Пятьдесят второй улице. А если я не могу на это решиться, то какая разница, чего я хочу? Я, случайно, не отрываю вас от каких-нибудь важных дел?