Кітаптан алынған дәйексөздер Одержимостьавтор Роу Райто
Данияр воспринял эту новость без радости.
«Повезёшь её в наш дом?» — пронеслось у него в голове, но вслух он этого не сказал. Внутри всё распирало от злости. Впервые Данияр поймал себя на том, что ревнует друга. И это чувство показалось ему отвратительным.
Парень держался изо всех сил. Но стоило кому-то проявить участие — хотя бы спросить, как он, — внутри всё сжималось так, что становилось физически больно. Он ненавидел эту боль. И ненавидел себя за то, что она есть.
— Кажется, он переезжает, — предположил лучший друг Рауана.
И впервые девушка остро ощутила страх. Не за друга — за себя. Что ей делать, если его переведут в другую школу? Она больше не будет видеть его каждый день? Он найдёт другую подругу?
Но этого не произошло. В конце января, в самый холодный день южного города, солнцем для неё стало его возвращение. Не медля ни минуты, она бросилась к другу и потянула его в крепкие объятия, едва сдерживая слёзы.
Но Рауан оттолкнул её:
— Чего ты вцепилась? Мне неудобно!
Ты одержимая! Мама, я так больше не могу.
С этими словами он отворил дверь, и теперь женщина не противилась. Сын покинул дом.
Бека, устроившийся напротив, не знал, о чём с ней говорить. И это показалось ему странным: всю жизнь вместе, а поговорить и не о чем.
Она решила, что нельзя просто отказаться от человека. Ведь именно с нее все началось. Это она предложила дружбу. И теперь, когда пришло осознание происходящего, бросить того, кто так отчаянно в ней нуждался, казалось непозволительным.
Несомненно, поведение Тимы насторожило ее. Но что, если ее собственное было таким же?
Он раскрылся. Бека и Руслан почти не отходили от него, а улыбка все чаще появлялась на его лице. Перед ней будто был уже другой человек. А значит, медленно, осторожно, она сможет увеличить дистанцию между ними.
Потому что у меня есть человек, который заботится обо мне. Мне есть с кем делиться своими переживаниями и мыслями. А у тебя — нет, — её слова прозвучали резче, чем она хотела. — Прости… Я к тому, что теперь у тебя есть я. И я буду рядом. Буду твоим другом, пока не появятся другие.
Тима смущённо отвернулся, щёки покрылись румянцем. Он постоял так несколько секунд, а затем тихо спросил:
— А что будет, когда появятся другие?
— Тогда я порадуюсь за тебя.
Каждый раз, когда им называли счёт за предстоящее мероприятие в городских ресторанах, Балым лишь невольно опускала голову, а затем смотрела на Даурена и повторяла: «А знаешь, мне здесь не очень нравится. Может, поищем ещё?» После этих слов его сердце сжималось от бессилия и невозможности дать ей то, чего действительно хотелось им обоим.
