Кітаптан алынған дәйексөздер Остров сокровищ. Иллюстрированное изданиеавтор Роберт Льюис Стивенсон
когда-нибудь на свете люди были охвачены большим разочарованием. Все стояли точно пораженные громом. Но
горького лекарства, обернулся при этих словах в комнату и, весь красный, крикнул, сопровождая свои слова проклятиями:
— Ну, уж нет!
— Молчать! — заревел Сильвер, ударяя ладонью по бочке и бросая вокруг себя яростные взгляды. — Доктор, — продолжал он своим обычным тоном, — я уже думал об этом, так как знаю, что вы любите мальчика. Мы все очень обязаны вам и принимаем ваши лекарства с полным доверием, как если бы это был грог. Я придумал уже, как исполнить ваше желание. Гаукинс, даете ли вы мне
соединиться с капитаном Сильвером, чем водить компанию только с самим собой!
Я почувствовал облегчение. По крайней мере я хоть знал теперь, что мои друзья живы.
— Угрожать я не люблю, — сказал Сильвер, — но скажу только, что вы в наших руках. Если желаете, становитесь нашим, а нет — так скажите откровенно, Джим. Уж мягче этого не может предлагать ни один смертный моряк!
— Вы хотите, чтобы я отвечал? — проговорил я дрожащим голосом; я чувствовал по
пиратами происходила ссора. Ругательства сыпались одно за другим, и я каждую секунду ждал, что ссора перейдет в драку.
На берегу светился огонек на месте лагеря, и кто-то пел старую матросскую песню, выделывая трели в конце каждого куплета.
Наконец снова налетел порыв ветра, шхуна заколыхалась, и канат ослабел в моей руке. Тогда я перерезал остальные волокна его. В ту же секунду шхуна дрогнула и повернулась, увлекаемая течением. Я работал что было силы веслом, чтобы отъехать от нее, так как боялся быть опрокинутым, но скоро увидел, что это бесполезно, тогда я постарался держаться около кормы. Вдруг мне под руку попался конец каната. Сам не зная для чего, я схватил его, и тогда меня взяло любопытство заглянуть при помощи его в каюту, Я повис на веревке, вскарабкался наверх и добрался до окна каюты.
За это время шхуна и ее спутница — пирога подвинулись по течению настолько, что поравнялись с лагерем на
И поживее, мальчик! Гунтер, обнеси всех водкой!
После этого капитан сообщил свой план защиты.
— Вы будете стоять у двери, доктор, — сказал он. — Глядите хорошенько, но не очень выставляйтесь вперед, а стреляйте через крыльцо. Гунтер, вы возьмете себе восточную сторону, а Джойс — западную. Мистер Трелоней, вы, как лучший стрелок, будете охранять нас вместе с Греем с северной стороны, где всего опаснее. Если в нас будут стрелять через бойницы, то нам плохо придется. А мы с вами, Гаукинс, как плохие стрелки, будем только заряжать ружья и помогать, где надо!
Холод действительно прошел. Как только солнце поднялось над верхушками деревьев, оно залило своими горячими лучами все открытое пространство около дома и сразу рассеяло окутывавший его туман. Песок очень скоро сделался горячим, и между бревнами выступила жидкая, растопившаяся смола. Мы сбросили с себя куртки и камзолы и остались в одних
дальше, начинался высокий, густой сосновый лес, ближе к берегу к соснам примешивались и вечнозеленые дубы.
Холодный вечерний ветер дул во все щели нашего первобытного жилья и усыпал пол целым дождем мелких песчинок. Песок забивался нам в глаза, уши, рот, попадал в наш ужин и в бассейн, вода которого, с прыгающими в ней песчинками, походила на закипающую похлебку. Трубу в печке заменяло четырехугольное отверстие в крыше, но через него выходила только небольшая часть дыма, а остальная ела нам глаза и заставляла чихать и кашлять. Прибавьте к этому, что у Грея была обвязана голова, так как он ранил себе щеку, убегая от товарищей, а бедный старик Редрут все еще лежал непогребенный около стены, покрытый флагом. Все это, конечно, не могло действовать на нас особенно ободряющим образом, и мы наверное пришли бы в полное уныние, если бы не капитан Смоллет. Этот деятельный и энергичный человек созвал нас всех к себе и разделил
из них не повышал голоса и не шептал и вообще ничем не выказал своего волнения, я понял, что доктор Лайвесей успел передать им мои слова. Вскоре я услышал, что капитан отдал приказания Андерсону, и вся команда была созвана на палубу.
— Друзья, — обратился он к собравшимся матросам, — я хочу сказать вам несколько слов. Этот остров, к которому мы подошли, и есть цель нашего плавания. Мистер Трелоней, щедрость которого хорошо известна всем вам, только
вас, и я мог сказать ему, что каждый служащий на корабле делал свое дело как нельзя лучше. Вот почему мы с ним и с доктором спустимся в каюту выпить за ваше здоровье, а вы, со своей стороны, получите грог, чтобы выпить за наше здоровье и успех. Если хотите знать мое мнение, то я нахожу это со стороны сквайра очень любезным. И, если вы разделяете мое мнение, прокричите «ура» этому джентльмену.
Конечно, после этого раздалось громкое «ура», и оно звучало так искренне
Мы ничего не нашли ценного, кроме куска серебра и некоторых мелочей.
О Сильвере мы больше ничего не слыхали, и «одноногий моряк», наводивший на меня в детстве столько страха, скоро изгладился из моей памяти.
Остальная часть клада Флинта все еще лежит на острове, но я не имею никакого желания ехать ее разыскивать. Я содрогаюсь от ужаса, если когда-нибудь ночью мне чудится пронзительный голос Капитана Флинта, выкрикивающий: «Червонцы! Червонцы! Червонцы!».