вости.
— Вчера после твоего рынка торговец Мартын орал в участке, что его подставили. Руд, говорят, держался спокойно, пока тот не назвал тебя вдовьей змеёй. Потом спокойствие слегка скрипнуло.
Марина налила ей настой.
— Насколько слегка?
— Стол цел. Стул нет.
Ника округлила глаза.
— Он сломал стул?
— Не специально, — сказала Аграфена. — Просто положил руку. Стул понял жизнь неправильно.
