заветрившимися бутербродами и старушки в черном. Голоса звучали громко, почти отчаянно. Одна женщина плакала.
Роберт уже ждал. Салли обрадовалась – раньше она бывала в пабах лишь с Кэтрин, тайком выбираясь в город. Одна ни за что не решилась бы зайти. Перед встречей Салли наспех навела марафет – припудрила намечающийся прыщик у носа, подкрасила ресницы. Но все равно было видно, что она прямо из школы – с сумкой, набитой учебниками и тетрадями. Она огляделась. Зал напоминал узкий коридор с деревянными панелями, четырьмя засаленными столиками и разномастными стульями. В воздухе витали запахи жареной еды и сигаретного дыма. Увидев ее, Роберт встал.
– Что будешь?
Салли представила мать, помешивающую что-то в сковородке на
