Кітаптан алынған дәйексөздер Дисгардиум. Книга 12: Единствоавтор Данияр Сугралинов
И только Леонид Фишелевич был один, даже без привычной фляжки.
Призванный им маленький протодемон, завывая, носился вокруг, вгрызаясь в ноги Родриго, но тот, казалось, не замечал боли.
Кольца якобы продлевали жизнь и даровали невидимость, но были с подвохом — носители теряли волю и подчинялись владельцу главного кольца
Каждая из них на грани невыполнимости, и все они жизненно важны, а мне не разорваться.
друзьям было бы интересно с тобой познакомиться
Как-то, забившись в пещеру в горах, я превратился в камень, чтобы меня никто не трогал, и погрузился в размышления. Все предыдущие мысли о том, как выбраться отсюда, крутились вокруг моих личных навыков. Но что, если попробовать посмотреть на ситуацию под другим углом?
В голове что-то щелкнуло.
Пентаграмма изгнания, выученная у беса Гнеме'Иица, сработала в Бездне. Может, я смогу использовать и другую пентаграмму?
Мыслями я вернулся в Окаянную Брешь, где участвовал в Демонических играх. Деспот тогда обучил меня Пентаграмме призыва. Интересно, сработает ли она, если я снова попробую его призвать? Если он в Чистилище, может быть, сила пентаграммы преодолеет барьер между измерениями и вытащит его сюда?
К черту догадки, нужно пробовать.
Отменив Мимикрию, я вернул себе прежний облик и, собравшись с мыслями, принялся чертить Пентаграмму призыва. Когда последний штрих лег на свое место, я отступил на шаг, любуясь своей работой. Идеальная пентаграмма мерцала алым во мраке адской пещеры. Оставалось лишь принести жертву и произнести заклинание.
Вылетев из пещеры, я наткнулся на одинокого монстра, отдаленно напомнившего каккерлаков Очага Пустоты, это был огромный рогатый таракан, чей хитиновый панцирь сверкал в отблесках инфернального пламени.
Монстр грозно застрекотал и ринулся в атаку. Передние конечности, оканчивающиеся острыми зазубренными серпами, норовили располосовать меня на куски, из брюшных полостей плеснула дымящаяся оранжевая субстанция, но я уклонился и начал медленно кайтить тварь в пещеру.
Каккерлак, возбужденно стрекоча, устремился следом. Поставив его на пентаграмму, я закружил около твари в смертоносном танце. Она истошно верещала, пытаясь достать меня жвалами-серпами, но я ушел в Ясность и спокойно ее прикончил — отсек рогатую голову. Израненный, истекающий ядовитой слизью монстр рухнул на землю, содрогаясь в предсмертных судорогах.
Кровь и слизь каккерлака щедро залили мерцающие линии, впитываясь, насыщая рисунок силой. Я принялся читать демонические слова призыва, всплывающие в памяти:
— Я, Скиф, властью, дарованной Хаосом, призываю тебя, демон Деспот! Где бы ты ни находился, я разрываю твои оковы! Явись, демон Деспот! Явись, соратник!
Ни черта не произошло. Напротив, свет, изливавшийся из узоров пентаграммы, начал тускнеть. По всей видимости, принесенный в жертву каккерлак не годился, нужны были одушевленные твари.
Это совершенно новая школа магии! — воскликнул он, когда мы спросили у него, что такого в этом фолианте. — Мой наставник Верт рассказывал, что в Дисгардиуме известно семнадцать школ магии, но, судя по древним рукописям, до Демонического пакта разумные знали около сотни! Вот только, как ни пытались изобрести их или найти, ничего не вышло. Стихийные школы, астральная магия, магия света и тьмы, магия иллюзии, крови, времени, пространства, еще что-то — вот и все, на чем строили свое развитие маги, колдуны, чародеи и волшебники. Что касается магии увядания, то о таком я прежде даже не слышал!
Пока глупая тварь занималась агитацией и угрозами, я быстро доплыл до алтаря, выполненного в виде мраморной морской звезды, и, тронув его, возжелал посвятить его Спящим богам.