На самом деле вокруг нашего наблюдателя было бы очень много газа и немного пыли, выброшенных в бескрайний космос давно погибшими звездами, но вещество это было бы столь разреженным, что в объеме нашей планеты его помещалось бы всего несколько килограммов. Да, сейчас бы мы сказали, что это вакуум. Тем поразительней тот факт, что из этого «ничего» появилась вся наша планетная система, от Солнца до невообразимо далеких астероидов транснептунового пояса и ледяных тел облака Оорта
Представьте себе: на поверхность первого околоземного астероида, открытого в 1898 году, человечество осуществило мягкую посадку космического аппарата спустя всего 103 года!
Именно Дэниел Кирквуд первым в развитие небулярной теории Канта и Лапласа о формировании Солнечной системы высказал гипотезу о том, что планеты между орбитами Марса и Юпитера никогда не существовало. Мощное гравитационное воздействие Юпитера на эту область пространства просто не дало ей возможности сформироваться из того первозданного вещества, из которого родились планеты земной группы. В этой области пространства в соответствии с правилом Тициуса – Боде, опиравшимся на красоту божественного творения, действительно могла существовать планета, но в дело вмешались физика и гравитация.
Дэниел Кирквуд первым заметил интересные закономерности в распределении астероидов по большим полуосям их орбит: пустоты, или как их официально называют сейчас, люки Кирквуда.
Как мы видим, некогда «пустая» область между орбитами Марса и Юпитера, где искали всего лишь одну неизвестную планету, за полвека превратилась в область пространства, населенную десятками, а возможно, сотнями и тысячами небольших тел, которые впервые стали изучать как общую популяцию – некое единое целое, имеющее общую историю происхождения.
середине 2006 года число транснептуновых объектов перевалило за шесть сотен, причем один из них – Эрида – напрямую соперничал с Плутоном за статус «главного» объекта за орбитой Нептуна. Пришло время принять решение: или все крупные объекты транснептунового пояса, сравнимые с Плутоном, должны получить статус планеты, или сам Плутон должен быть его ли
Из-за огромных температур в нем расплавились, а позже и вовсе испарились почти все твердые частицы, образовавшиеся еще до рождения Солнца. Но все же кое-что осталось. Газовый диск, отдавая тепло в космическое пространство, постепенно охлаждался, и спустя примерно 100 тысяч лет после рождения нашей звезды – мгновения по меркам возраста Вселенной – газ начал постепенно конденсироваться в твердые вещества: минералы. Первый из них – корунд (Al2O3) – содержал смесь кислорода (O2) и алюминия (Al). Его век был недолог: продолжающий остывать газ начал взаимодействовать с ним, медленно разрушая. Но во Вселенной ничто не исчезает бесследно. Корунд дал начало новому минералу – уже с примесью кальция (Ca) – хибониту (CaAl12O19), а за ним последовали и другие.