Человек я ужасный, отец паршивый, а тестем буду еще хуже, клянусь в этом перед богами
1 Ұнайды
– Не такие уж мы дураки, – проворчал веснушчатый Брейт – юноша, который с первых дней стал закадычным другом Гвиллима.
– Пожалуйста, уважаемый эльф! – перебила я и умоляюще заглянула ему в глаза. – Я обязательно обо всем расскажу – как-нибудь потом. Ну а сейчас… В смысле в этот раз… Мы можем наконец заняться обучением?
Он коротко вздохнул, не переставая улыбаться.
– Можем. Слушай…
***
Когда я раскрыла глаза, то тут же вздрогнула – комнату в Крылатой башне огласил звон. Задетая фарфоровая чашка наконец докатилась до края стола, упала и разлетелась на осколки. К моим ногам потекла струйка разлившейся воды. Я с недоумением уставилась на нее и вдруг вспомнила, как ее сбила… сколько времени назад? Миг? Несколько суток? Лет?
Эльф не обманул. Не знаю, как долго мы находились в его воспоминании, но он вернул меня ровно в то мгновение, в которое я соприкоснулась с золотой сетью.
Только за этот краткий срок я успела измениться. Теперь передо мной с кристальной ясностью очертилось все, что необходимо сделать.
Я снова воспользовалась ментальной связью и безжалостно растолкала дрыхнущего Гордеца.
«Чего тебе, маленькая человечка?» – неласково спросил он, не желая просыпаться.
«Ты нужен в Мавеннаре. Очень нужен! Без тебя все провалится, многие грифоны погибнут! Собери всех, кто готов сражаться, и как можно скорее веди их сюда».
Я почувствовала, как Гордец заинтересованно поднимается на лапы и встряхивает крылья. Стать предводителем, пусть и временным, для всех грифонов Облачных вершин – такое предложение ему было ой как тяжело проигнорировать!
Гордец не ответил, зато я ощутила, как он мощным прыжком выскакивает из авиария и взмывает в ночное небо. Сработало! Даже если он приведет всего пару грифонов, это уже лучше, чем ничего.
Затем я мысленно поискала Зарю, но оказалось, что вызывать ее нет смысла – она и так уже летит к башне. Я едва успела поправить плащ, как на поручни-жердочку балкона опустилась красавица-грифоница, сверкнув в свете ламп обворожительным оперением. Заря даже в такой момент не упускала возможности покрасоваться, зная, что боевые доспехи на теле и голове только подчеркивают ее великолепие.
Ректор соскользнул со спины грифоницы с поразительной для немолодого человека ловкостью и резким тоном приказал:
– Эйри, возьми страховку. Коллар сказал, что уже предупредил… – он осекся, вытаращившись на меня. – Что с твоими глазами?
– А что с ними? – удивилась я.
– Они сверкают золотом! И твоя кожа… Она почти вернула цвет! – Освальт замолчал и с осторожностью спросил: – Что ты сделала, девочка? Ты же не умудрилась каким-то образом отказаться от архейских сил?
– Нет, господин ректор, я умудрилась сделать кое-что получше: открыла в себе эн-хейские силы, чтобы вам с Колларом не пришлось разыгрывать спектакль, – парировала я. – Страховка уже у меня. Но учтите, что делать будем, как я говорю, иначе до утра погибнет еще больше наездников и грифонов. Вы с этим согласны?
– Конечно, – оторопело сказал он. – Раз ты эн-хей и точно знаешь, где твой дар пригодится лучше всего, тебе и командовать.
– Прекрасно. – Я крутанула ремнями в руке. – Так мы летим или как?..
учебнике по истории мне на днях встретилась фраза древнего философа, что люди – мастера игнорировать то, что не укладывается в их мировоззрение. Похоже, я достигла в этом небывалых высот. Но даже если предположить, что мама легла под архея, понимая, чем это закончится, я не могу ее ненавидеть. Моя мама – это моя мама. Другой у меня нет. И я точно знаю, что всю жизнь она старалась ради моего блага, пусть ее представления о благе и не всегда совпадали с моими.
Задумавшись о самой Эйри, я напрочь забыл о ее предупреждении о том, почему, собственно, трусливо пережидал бурю не где-нибудь, а в комнате своей студентки. Вспомнил, только когда уже вошел в преподавательский корпус и учуял запах розовых духов в коридоре. А следом обнаружилась и их хозяйка.
– Тарен! – капризным тоном воскликнула она. – Ты что, меня избегаешь?
– И вам здравствуйте, леди Лорна, – кисло ответил я, мысленно послав ей проклятие.
Дочка бургомистра – самая настырная женщина из всех мне известных. Она в этом превзошла даже мою мать. И ведь это тот случай, когда я девушку даже в постель не тащил!
Зашуршали пышные многослойные юбки. Не успел я подойти к собственным дверям, как одна-единственная Лорна накинулась на меня, словно целая стая коршунов.
Или скорее чаек.
– Я жду тебя уже несколько часов! Опять!
– Какая жалость, что вы не догадались посмотреть учебное расписание, – ответил я, бочком пролезая мимо нее. – Тогда бы вы заметили, что у меня все это время были лекции.
Она застыла. В густо подведенных глазах появилось замешательство. Такая очевидная идея явно ее не посещала. Но эту очаровательную и совершенно пустую головку ничто не могло занимать дольше чем пару мгновений. Ну, за исключением мыслей обо мне.
– Ты обещал прийти вчера на ужин! – уже через миг снова набросилась Лорна на меня.
В конце коридора из комнаты высунулся преподаватель Куланн. Он окинул нас взглядом, красноречиво хмыкнул, дескать, все с вами ясно, и скрылся.
Проклятье. Как будто мне слухов мало!
– Вообще-то я ничего не обещал, – громко произнес я, чтобы Куланну в дальней комнате точно было слышно. – Позавчера в разговоре с вашим отцом я упомянул, что, возможно, прогуляюсь по набережной перед ужином, если будет хорошая погода. Ни слова о визите к вам домой не звучало!
– Ты сказал об ужине. Потом упомянул мой дом. Как еще это надо было понимать! – прошипела девица.
– Как то, что вы необычайно талантливы, леди Лорна, и умеете связывать между собой совершенно несочетаемые вещи, – парировал я и наконец протиснулся мимо пышной юбки к своей комнате.
Победа!
– До свиданья, леди! – радостно попрощался я, проскальзывая внутрь и захлопывая за собой дверь.
Вернее, пытаясь ее захлопнуть.
Маленькая ножка, вставшая на ее пути, помешала мне запереться. И хотя я абсолютно бестактно подтолкнул дверь, чтобы та скорее закрылась, туфелька Лорны не сдвинулась ни на волосок.
Может, эта девушка тоже магесса?
Хеденова лысина, Тарен, тебе скоро маги будут даже в отражении мерещиться.
– Ну уж нет! – решительно сказала Лорна. – Вчера ты заставил меня проторчать под дождем на набережной, но больше это не повторится! Мой отец устраивает бал в честь приезда нового архея. Тебя ждут. Если ты не явишься, отец будет разочарован и очень зол!
В щель влетела бумажка. Поскольку я ее поймать не удосужился, она упала на пол и скользнула под стол.
– Я буду твоей парой на вечере! – поставила перед фактом Лорна и наконец убрала ногу.
В просвете мелькнуло усталое и бесконечно терпеливое лицо горничной. Затем
Мягкие каштановые локоны обрамляли прелестное личико. Весьма фривольное платье обнажало плечи, едва держась на груди.
Закат обнаружился в одном из дальних загонов. Он в последние дни взял моду разрывать землю и строить целую гору, с которой потом с восторженным писком прыгал. Видимо, представлял, что летает, потому что крылья его пока держали плохо. Когда рабочие разравнивали «трамплин» в одном загоне, малыш просто перебирался в другой и начинал все заново.
От излюбленного занятия грифоненок оторвался только затем, чтобы ткнуться клювом мне в ладони. Сообразив, что сегодня подарочка не будет, он недовольно фыркнул и попытался вернуться к горке, но я схватила его и подгребла к себе.
– Подожди, мне нужно проверить твой клюв.
Ага, разбежалась. Месяц назад Закат помещался мне в руки, и удержать его было несложно. Но, как бы ни подтрунивал надо мной Силвейн, за это время малыш здорово подрос. Попробуй удержи тушку весом с теленка! Закат вывернулся, развернулся ко мне задом и ткнул кисточкой на конце хвоста в нос. Фиг тебе, а не осмотр, хозяюшка.
– Я серьезно, Закат!
Теперь в меня еще и задней лапой землю кинули. Очень недвусмысленное «не мешай важным делом заниматься». Я начала терять терпение.
– А ну сидеть!
И тут чудо повторилось. Закат плюхнулся на попу и с видом, выражающим искреннее недоумение, повернул голову ко мне.
– Потерпи немного, – примирительно сказала я и осторожно, чтобы мне не отхватили палец, коснулась клюва.
На первый взгляд с ним все было в порядке. Твердый, блестящий, без трещинок. Разве что в земле перепачкался после рытья, но это мелочь.
Вот только много ли я понимаю в клювах? Сегодня меня и так уже ткнули в то, что в правильном ухаживании за грифонятами я ничем не лучше дырки от бублика.
– Придется просить Силвейна тебя осмотреть, – пробормотала я, выпуская малыша.
Он, мгновенно забыв обо мне, понесся на горку, прикрытую сеном. Только на сей раз не слетел с нее, а с не менее восторженным писком скатился прямо на попе, плюхнулся в яму перед склоном и горящими глазами уставился оттуда на меня.
– Молодец, – похвалила я на всякий случай, хоть и не понимала, чего на самом деле Закат от меня ждет.
Ему этого хватило. Он сделал несколько гребков лапой, выбрасывая из рытвины наружу землю, и вновь стал карабкаться на гору. Я еще немного понаблюдала за его развлечением, но думала на самом деле о другом.
Нужно узнать о грифонах больше, пока я нечаянно не причинила Закату вред. Если нам не начнут сразу давать важные знания об уходе за ними, придется опять идти к Силвейну. И надеяться, что он в этот раз не запросит еще какой-нибудь контракт…
– Надо же, столько проехать – и ни пятнышка на балахоне. Хотел бы я себе такую магию, а то мамка в детстве вечно лупила меня за то, что в грязи извожусь.
Мы с этим парнем определенно подружимся!
А архей продолжал нагнетать, не двигаясь с места и обводя знаменитым «безглазым» взглядом собравшихся во дворе людей. Все по-прежнему молчали. Последний раз мне доводилось видеть магов девять лет назад, во время последней проверки. А многие вообще ни разу в жизни не видели их так близко, чтобы рассмотреть лица. Это же живая легенда! Не хуже грифонов. Только грифоны – вон там, каждый день летают над головой, а магов здесь не было уже полтора года.
– Это Коллар по кличке Каэлданский Паук! – выдохнул незнакомый юноша, стоящий чуть впереди. Тоже в черной форме старшекурсника. – Он же прямо из столицы. Говорят, он был приближен к королю и его прочили на место главного архея.
– Значит, не так он и хорош, – фыркнул другой студент рядом с первым. – Или провинился чем-то. Многообещающего мага валяться на кровати в академии и поглядывать в окно на неумелых студентов, которые скатываются с грифонов при попытке на них залезть, не отправят. Чем еще ему здесь заниматься?
Да уж, так себе характеристика.
Архей Коллар тем временем сделал замысловатый жест пальцами левой руки. Сплетает нити волшебства, поняла я. Так маги и колдовали – использовали энергию, текущую по миру и доступную только им одним.
Когда он заговорил, его дребезжащий голос чудодейственным образом разлился по всему двору и был прекрасно слышен даже в дальних уголках.
– Меня зовут Коллар, и я новый архей Небесной академии. Рад с вами познакомиться, – сообщил он, хотя воодушевления в тоне не звучало. – Помимо этой, я принес и другую весть. Оракул Мавеннара сделал предсказание.
Вся толпа разом ахнула, включая преподавателей. Этот оракул никогда не ошибался! И предсказания у него всегда были судьбоносные для всего королевства. Потому монархи и держали его поближе к себе – в Мавеннаре, нашей столице.
Коллар не торопился оглашать слова провидца, выдерживая паузу и внимательно глядя на присутствующих.
– В этот год будет явлен эн-хей – архей над всеми археями, – медленно произнес он. – Оракул видел небо и золото в нем. Мы ожидаем, что это произойдет в Небесной академии.
Новый жест – и звук резко оборвался. Над внутренним двором повисла тишина. Коллар как ни в чем не бывало махнул рукой слуге, чтобы тот стаскивал с кареты дорожный сундук, и направился к ректору.
А ко мне поворачивались головы всех, кто находился на площадке. Кажется, на меня уставились даже лошади и вон тот грач на заборе. Глаза Уина округлились, и парень отодвинулся от меня.
Эн-хей – самый могущественный из магов. Человек, который рождается раз в сто лет и сражается бок о бок с королем, чтобы прославить нашу страну в веках.
Или превратить ее в пепел.
Эйри! Где ты, несносная девчонка! – орали во дворе.
Эн-хей – самый могущественный из магов. Человек, который рождается раз в сто лет и сражается бок о бок с королем, чтобы прославить нашу страну в веках.
Или превратить ее в пепел.