Лучшие новые детективы, которые вы могли пропустить

Лев Данилкин: Простое, на первый взгляд, дело об избитом до полусмерти неизвестном, которое инспектор Петра Деликадо и ее помощник самонадеянно собираются раскусить за вечер, превращается в двойное убийство с собаками в роли второстепенных героев. Не обошлось и без ветеринаров, дрессировщиков, хозяек лавок с собачьей литературой, ученых из лабораторий, где ставят опыты над животными, которые, кстати, и стали главными героями книги. Детектив можно смело назвать социальным — наблюдательная Петра так и не научилась полицейскому цинизму, сочувствует происходящему и ни на секунду не перестает быть женщиной, которая не прочь отвлечься от расследования, чтобы пококетничать с симпатичным ветеринаром.

Лев Данилкин: Начало в духе Стивена Кинга — но по сути очень некинговский детектив. В маленький американский городок в дом своих родителей возвращается человек, погибший полвека назад — тогда ему было 8. Родители таращат глаза, ФБР бьет тревогу — а читатель ломает голову, что будет, если николай-федоровский проект — воскрешение мертвых — действительно осуществится. Может, это и есть апокалипсис? Разумеется, роман уже экранизирован и по его мотивам снят сериал «Воскрешение».

Лев Данилкин: Приятная встреча со старыми знакомыми: детективы, отшлифованные до занудного совершенства, где ни в одном деле не обходится без политики, стремительное движение сюжета тормозится неторопливыми диалогами, где никогда нет черного и белого — и читатель все время оказывается вынужден совершать свой собственный моральный выбор. Но «Грешники и праведники» — это еще и немного ностальгический экскурс в 80-е годы, когда сами детективы и их авторы еще помнили, какая хитроумная штука — правосудие, и по-стариковски вершили его кулаками и дубинками.

Лев Данилкин: Черновик четвертого романа Стига Ларссона приобрел завершенный вид к 11-летней годовщине смерти автора; та же модель бизнеса, что с бондианой Флеминга. Сюжет строится вокруг главной фобии эпохи — одержимости прослушками и шпионажем. Откиньтесь в кресле: «Дело в том, что Россия представляет собой ненамного больше, чем бензоколонку с флагом». Роман кишит юриями, иванами и владимирами — депутатами Госдумы, сутенерами, киллерами, хакерами; здесь даже упоминается Никита Михалков. О том, как отнесся бы сам Ларссон к тому, что его книги превратились в оружие холодной войны, остается только гадать.

Лев Данилкин: На мусорных горах под Стокгольмом один за одним появляются женские трупы, а детектив из Копенгагена Томас Раунсхольт возвращается из отпуска и депрессии, чтобы найти пропавшую русскую девушку. «За гранью» тщательно следует букве скандинавского детектива, авторская старательность кажется почти пародийной, а образы русских гангстеров и проституток знакомыми, будто позаимствованными из отечественных криминальных сериалов. Книга Крефельда нашпигована ужасами и холодящими сердце подробностями до отвала: убийства, избиения, море крови, русские бандиты и прочие кошмары. Которые, как считает любой тихий северный европеец, подстерегают его по ту сторону обычной жизни.

Лев Данилкин: Процедурный скандинавский детектив с нарочно «неудобным» главным героем — и фокусирующийся на отношениях с еще более неудобной «соседней страной» Россией. Эверт Бекстрем, стокгольмский комиссар полиции, специализирующийся по насильственным преступлениям, во-первых, сам нечист на руку, а во-вторых, горячий адепт русской водки; такого мало чем смутишь. И совсем неудивительно, что в финале российский президент планирует вручить Бекстрему за его феноменальные успехи в расследованиях медаль Пушкина — «самую высокую награду, которой Россия может наградить иностранного гражданина.

Валентина Филиппенко: Новый роман одного из перспективных и молодых авторов Франции возглавил списки детективных бестселлеров 2015 года. Бюсси запомнится читателю совершенно не прямолинейными сюжетами, романтической атмосферой Нормандии, которая, по словам автора, не уступает Лазурному берегу по красоте, а также изощренным психологизмом. Помимо прочего, «Пока ты не спишь» расскажет, каково это — слышать от трехлетнего сына, что у него есть другая мать, где в интернете собрать сотни лайков за план убийства и как устроена загадочная детская память.

Лев Данилкин: Кудряво написанный, имитирующий «старинную» литературную манеру ретродетектив отправляет читателя в Петербург 1860-х. Там в Неве плавают обезглавленные тела, сами головы приходится искать в районе Малой Невки — город терроризирует хитроумный изверг. Интрига технично выстроена, автор, еще по «Старосветским убийцам» было ясно, — человек начитанный; только бы он не злоупотреблял так безбожно восклицательными знаками и междометиями, ах если бы!

Лев Данилкин: Второй в серии роман про владельца бюро, работающего под слоганом «The Art of Tracing Art» («Искусство розыска предметов искусства»). Альмен из тех сыщиков, которых чаще можно встретить в чьем-либо будуаре, чем в тире. Особый акцент сделан на «смарт»-потреблении — отсюда упоминания про специально заказанные на мануфактуре Louis Vuitton чемоданы с инициалами, оригинальные рецепты «Сингапур-слинга» с джином и прочее. И если, допустим, Бонду все эти коктейли доставались за госсчет — то Альмену приходится как следует повертеться. А пестрота этнического состава действующих лиц (англичане, швейцарцы, русские, китайцы, американцы) наводит на мысль о том, что автор надеется получать гонорары не только на домашнем рынке.

Лев Данилкин: Психологический роман, близкий, как считают издатели, по духу с «Исчезнувшей», но написанный еще в 1999-м. Странный — владелец впечатляющей коллекции скелетов в шкафу — рассказчик, молодой человек, язвительный и склонный к самоиронии, описывает свою парадоксальную жизненную ситуацию и эксцентричные фантазии. «Мы со Скипом не раз пытались убить его маленького брата Донни, но только для прикола»; это первая фраза, сразу задающая и манеру, и настроение.