Додо-книги, которые помогают нам не сойти с ума

Артур Пфефферкорн (да, это имя главного персонажа; да, нам жить с этим всю книгу) не был плохим человеком. Он, в общем, даже был не настолько бездарным писателем, чтобы не понимать, что бездарен. Это-то и портило ему жизнь! Вот например, друг его юношества Билл — точнее, что вы, что вы, именитый Уильям де Валле! — тоже бездарен, но вот уж кто не беспокоится о художественной ценности своих книг! Просто выпекает эти дешевые, клишированные, бешено популярные детективы один за другим. Почему из них двоих именно Билл прославился (и нехило разбогател) на литературном поприще? Почему настоящая серьезная литература никого не интересует? Почему ему, Пфефферкорну, нечем оплатить дочери свадьбу, в конце концов?

Вы могли бы, спорю, назвать сейчас несколько причин. Не ошибусь, если предположу, что вряд ли среди них оказался бы международный шпионский заговор? Так вот, у нас новости...

«Когда кто-нибудь спросит: "Откуда Керуак все это берет?" — отвечайте: "От вас". Он всю ночь лежал и слушал, не смыкая глаз и ушей. Ночь эта длилась тысячу лет. А он весь обратился в слух — в материнской утробе, в колыбели, в школе, на фондовой бирже нашей жизни, где грезы обменивают на золото» — Генри Миллер

Новая книга Джека Керуака переводе Макса Немцова: роман «Тристесса» публикуется по-русски впервые, «Сатори в Париже» — в новом переводе.

Гениально смешные короткие рассказы из жизни (не)выдуманных героев питерца и москвича — как они (мы) относятся ко всему подряд, начиная, например, с денег и заканчивая, например, гостями. Сопровождается отличными слегка макабрическими комиксами художника Натальи Поваляевой, одного из соавторов.

За 5 лет существования эта книга успела стать легендарной.
Дом — это нечто гораздо большее, чем интернат для детей, от которых отказались родители. Дом — это их отдельная вселенная.
Дом хранит уйму тайн, и банальные "скелеты в шкафах" — лишь самый понятный угол того незримого мира, куда нет хода из Наружности, где перестают действовать привычные законы пространства-времени.

Упоительный научпоп про работу бессознательного, примиряющий с реальностью. Заодно из книжки можно узнать, в частности: как научить лошадь отвечать, который час, куда девать глаза на собеседовании, научное обоснование, почему дизайнерам противопоказано играться со шрифтами, как грамотно влезть в очередь, почему полезно себя слегка переоценивать и почему вашей маме может быть проще поверить, что вы умерли, чем что у вас свидание.

По-хорошему проникновенная история о дружбе и принятии, островке любви против всего остального мира, одном гостеприимном к заплутавшим кафе и американском юге середины века.

Главным искусством для нас является что? Правильно, порнография! В недалеком будущем, когда технологии продвинутся настолько, что люди смогут изменять свои тела по желанию. Но внутри останутся прежними — поэтому это книга о любви и боли.

Книга об изменчивой реальности, о всесильной власти историй, жутковатое сказочное повествование об одном воплотившемся детском кошмаре.

Блестяще написанная, сверхгуманистическая, неповторимо остроумная фантастическая книжка про смысл жизни, которая начинается с уничтожения нашей планеты.

Путеводитель по внутреннему миру творческой натуры: если каждый человек талантлив, что сделать-то, в конце концов, конкретно, чтобы уже облагодетельствовать окружающий мир плодами своего творчества?
Это рактический курс, рассчитанный на 12 недель ежедневных занятий, помогающих начинающему (продвинутому) творцу (любому из нас) разглядеть и разбудить в себе новые, подчас неожиданные таланты.