И новогодняя ночь — сама суть «нагори», подумала Оля. За мишурой, шампанским, криками «Ура!» скрывается эта тихая всеобщая грусть прощания. Глубокое, почти физическое сожаление об уходящем; о годе, который заканчивается и уносит с собой тысячи мгновений — прожитых и упущенных, о том, что этот конкретный год, со всем его опытом, радостями, горестями и нереализованными возможностями, уходит навсегда и превращается в память, в историю, в точку на карте твоей памяти. И вместе с тем сожаление об уходящем времени вообще, об этом неумолимом потоке, который невозможно остановить. Ничего невозможно удержать. Все течет, все меняется, все заканчивается: календарные циклы, отношения, конфликты, эпохи; перетекает из одного состояния в другое. И мы носим в себе это сожаление, этот грустный цветок «нагори». Он прорастает в нашей душе из ностальгии по ушедшему детству, по невозвратным возможностям, по самому себе — тому, каким ты был когда-то.