Мы оба в довоенные и военные годы пострадали от государства. Я не говорю, что вина за войну лежит только на властях предержащих, но тогда я был еще мальчишкой, у меня даже волос не было.

Сидзука тоже была подростком, их ситуации схожи.

– Люди подчинялись тому, что диктовали государство и общество, но, кто бы ни жаловался, им никто не помог. Свою семью мы должны защищать сами. Если ты слаб, становись сильнее; если голос твой тих, кричи, пока горло не разорвется. Я думаю, что именно упрямство таких людей помогло Японии чудом подняться после войны.

– Если сейчас, в эпоху Хэйсэй, говорить такие вещи, это назовут анахронизмом. Тогда и сейчас – разные времена, ведь так?

– Ты уверена в этом?

Хотя у Гэнтаро нет намерения провоцировать, его слова болезненно и тупо ударяют по сердцу Сидзуки.

– Время меняется лишь снаружи, но в корне своем – нет. Поменялись только люди.

– Это называется ностальгией.