Ностальгия в эмигрантской поэзии работает особым образом: это не ностальгия по образу жизни, но ностальгия по миру, где можно было делать осмысленные высказывания. Поэтому авторам важно было построить свою речь так, чтобы она давала неясные намеки, но воскрешавшие всю реальную географию утраченной России. В этом смысле эмигрантская поэзия продолжает громадную Европейскую традицию оправдания географического знания как базового знания о социальном мире, начиная от ренессансной перспективистики и проектирования и кончая барочными символическими шифрами для пространств и континентов. Только эмигрантская поэзия, не имея настоящей опоры в общепринятой символике, вынуждена была опираться на наиболее распространенные мифологемы о России, производя их радикальную критику, и только так восстанавливая «географическую Россию».