поймешь. Через неделю – дней десять вызывай нарколога. Капельницы, промывания – он все знает. Вот телефон, проверенный мужик. Страшное зрелище? Да, понимаем. Ну что делать – болезнь».
Так все и было: сидела как мышь в соседней комнате, засыпала и тут же в холодном поту просыпалась. Он стонал, кричал, выл, мычал. «Животное, – думала она, – абсолютное животное. Ничего человеческого. Надо бежать».
На седьмой день вызвала нарколога. Тот не халтурил, трудился. Через три дня все стало налаживаться. Крепкий бульон, крепкий чай. Потом муж попросил котлеты. Пожарила. Под кроватью стоял собранный чемодан. «Как только он встанет, как только ему полегчает, сбегу в тот же миг».
Не сбежала – бежать было некуда. Спустя пару дней чемодан разобрала. Выслушала все извинения и клятвы. Поверила. Казалось, все было искренне – и отчаяние, и стыд, и раскаяние. И обещания. Наверняка все и было искренне – он был неплохим человеком. Стыдился, просил прощения, замаливал. Съездили в Париж, муж купил ей новую шикарную шубу. Взял для нее машину в кредит, пусть маленькую, но новую. «Моя букашка», – говорила она.
Со временем все пришло в норму. Инга повеселела и поверила, что запой больше не повторится. Сказала, что второй