Моя… Скажи, что ты моя… — потребовал он. Голос, обычно такой ласковый и почти мурлыкающий, сейчас больше напоминал глухое угрожающее рычание зверя.
— Нет… — выдохнула я почти беззвучно. Даже сейчас я не желала соглашаться.
Он разозлился.
Рывок.
Мои руки с хлопком упираются в тёплую склизкую от влаги стену. Он коленом раздвигает ноги.