Дело не только в том, что картинки эротические, от чего советскому человеку «сразу становится противно», но и в том, что это картинки. Тех, кто стремится придать слову и изображению статус вещи, (неприятно) поражает то, что даже иконические знаки могут оказаться лишены прочной связи с референтом, быть задействованы в сложной политической экономии соблазна и в конечном счете подвержены товарной мифологии