разве что ниша хорошей еврейской девочки, что была взорвана Эсей, так и оставалась пустующей где-то очень глубоко внутри. Хотел бы он увидеть Эстер? Да и нет. Про «да» все понятно, «нет» же рождалось из опасений, что она изменилась и уже больше не та его девочка, так жадно поглощавшая пироженки из «Луны» и «Вэцриги», сидя на кровати, болтавшая ногами с крошечными и всегда идеально ухоженными пальчиками.