Петербург для Григорьева — воплощение бездомности, скуки и серости жизни. Москва — образ теплого, родного, домашнего быта, семьи, собравшейся вечерком вокруг самовара, а коли захочется разгула души — с ураганом страстной цыганщины8.
Александр Островский
·
Владимир Лакшин
