Анна Устиновна. Ты уж очень совестлив, как погляжу я на тебя. Нынче так жить нельзя.
Кисельников. Что ж с этим делать-то! (Пишет.)
Анна Устиновна. Вот что, Кирюша; ты меня послушай! Никакая мать своему сыну дурного не пожелает. А коли посоветует, так уж этот грех на ней будет, а сыну Бог простит. Вот теперь ночь, мы с тобой одни… ты видишь нашу нужду… переломи, Кирюша, себя, бери взятки… я за тебя, Кирюша, Бога умолю, – я каждый день буду ходить молиться за тебя, я старуха…
Кисельников. Что вы, маменька, говорите!…
Анна Устиновна. Конечно, мать-то должна добру учить; да уж ты, Кирюша, не брани меня. Видя-то нашу горькую бедность…