И эти воспоминания приобрели уже злокачественный характер, потому как зачастую, переплетаясь с фантазиями и мечтами, превращались в столь откровенную и очевидную блажь, до такой степени причудливую и нереальную, что она утыкалась лицом в подушку и ревела от души, после чего приходилось переворачивать подушку другой стороной, настолько она промокала от слез.