Еще приходилось считать дроби. Три четверти человека. Нет руки. Обе ноги оторвало. Половина человека. Попробуйте сложить три четверти и половину, я вам гарантирую, целого не получится. Никто уже не был целым числом. Всех раздробило на части — остаток прежних нас, остаток былого благородства, порядочности и человечности, всего того, что делает нас людьми. Ничто больше не имело значения и не складывалось должным образом.