Кітаптан алынған дәйексөздер Опавшие листья. Короб первый
автор Василий Розанов

Саша Б.дәйексөз келтірді9 жыл бұрын

Не литература, а литературность ужасна; литературность души, литературность жизни. То, что всякое переживание переливается в играющее, живое слово: но этим все и кончается, — само переживание умерло, нет его. Температура (человека, тела) остыла от слова.

3 Ұнайды

Комментарий жазу

Анастасия Б.дәйексөз келтірді6 жыл бұрын

Общество, окружающие убавляют душу, а не прибавляют. «Прибавляет» только теснейшая и редкая симпатия, «душа в душу» и «один ум». Таковых находишь одну-две за всю жизнь. В них душа расцветает. И ищи ее. А толпы бегай или осторожно обходи ее.

2 Ұнайды

Комментарий жазу

odaniolowдәйексөз келтірді9 жыл бұрын

Во мне ужасно есть много гниды, копошащейся около корней волос. Невидимое и отвратительное. Отчасти отсюда и глубина моя (вижу корни вещей, гуманен, не осуждаю, сострадателен). Но как тяжело таким жить. Т. е. что такой.

2 Ұнайды

Комментарий жазу

odaniolowдәйексөз келтірді9 жыл бұрын

Какой это ужас, что человек (вечный филолог) нашел слово для этого — «смерть». Разве это возможно как-нибудь назвать? Разве оно имеет имя? Имя — уже определение, уже «что-то знаем». Но ведь мы же об этом ничего не знаем. И, произнося в разговорах «смерть», мы как бы танцуем в бланманже для ужина или спрашиваем: «Сколько часов в миске супа?» Цинизм. Бессмыслица.

2 Ұнайды

Комментарий жазу