Лапами впивается под рёбра, подтягивает к себе и резко, до упора, но всю длину, насаживает мою белоснежную задницу на свой охренительно огромный причиндал!
Я не хочу питаться оленями, или того хуже, людьми, мучаясь от линьки и вырыкивая протяжные серенады на луну! — обняла, сестру, дрожа от надвигающейся истерики.
