Когда через год после моего ухода из группы была «слита» и Света Сурганова (т. е. поставлена в такие условия, при которых она не могла остаться, не уничтожив себя как личность), это было мегаунизительно. Света – самый преданный Диане человек. Преданнее, чем родственники, чем ее собственная мать…»
На одном из московских концертов (когда мы практически уже не разговаривали друг с другом вне сцены, а после выступления сразу расходились в разные стороны) я опять заметила на «Столице» её улыбку, подошла к ней и сказала на ухо: «Иди на х…!» Она собралась и ушла. Песня доигрывалась без скрипки и ее бэк-вокала.
– И это была последняя капля?
– Одна из последних.
В свои 35 я была на грани жизни и смерти – из-за наркотиков, других допингов, пьянок-гулянок. Я просто летела в пропасть со страшной силой. И никто по этому поводу не бил тревогу.
Через татуировки я начала выбрасывать из себя ту боль, которую мне кто-то причинил. Каждое тату – напоминание о том, как мне было плохо и как я не желаю, чтобы такое повторилось.
