— А ты молчи, — стукнула его сзади баба тростью. Мы подъехали к банку. Михалыч бил костылем охранников.
— Безобидный ваш? — посмотрел на меня парень.
— Именно! Михалыч! — крикнула я в форточку. — Садись, поехали.
Михалыч сел незамедлительно:
— Ну, деньги при мне, можно и на курорт. Куда рванем?
— Предлагаю залечь на даче.
— Баба, я в Сочи хочу.
— А я, Людочка, мужика — да помоложе. Ну молчу же в тряпочку. Сказала, на дачу, значит, на дачу.
Михалыч надулся.
— Михалыч, ты чего?
— Я, между прочем, младше ее на два дня! А ей все помоложе подавай.
— Да баба шутит.
— Знаю я ее шутки. Вот один раз домой пораньше вернулся, а она там в неглиже.
— Врешь! — заорала баба Тома. — Не было такого!
— А вот и было! Помнишь двадцать пятое апреля?!
— Господи, сколько раз тебе говорила, плохо мне было
