Общество наше тогда было очень нетребовательно. Да если припомним Онегина, то и в позднейшие времена у нас
Кто по-французски совершенно
Мог изъясняться и писать,
Слегка мазурку танцевать
И кланяться непринужденно,
То про такого свет решил,
Что он умен и очень мил—
следовательно, понятно, что милое невежество молодого графа нисколько не помешало ему в свете.
