«Бывает в жизни, когда вдруг взглянешь на человека в суете и шуме – и каким-то чудом всё, кроме него уходит куда-то в фон, расфокусируется, становится неважным. Ну, если вы когда-то влюблялись – не с первого взгляда, а с бог весть какого, давно человека зная, но внезапно вас озаряло совершенно иное его видение, открывалось остававшееся до сих пор в тайне Нечто, превращавшее его из некто в центр мироздания. Или – приземленнее, психологи меня поймут – как это бывает на психотерапевтической сессии, когда принимаешь клиента и видишь его в таком свете и таким, в каком и каким вне сессии не увидишь. Здесь и отличие от искусства постановочной и студийной фотографии, создающей красоту и позволяющей человеку побыть в ней и воплотиться в зафиксированную память о своем чудесном превращении. Не поднятие обыденности до красоты, а прозрение красоты (не красоты глянца, но красоты живого выражения) в обыденности – такова идея, отчасти, конечно, связанная и с фотографической непрофессиональностью».
