— Какой образ первым возникает у тебя при слове «синий»?
— Ну-у, наверное, море, небо, лето и все такое. Хотя я, знаешь, по природе своей совершеннейший простак: скажешь мне «синий», и ничего, кроме синего, в голове не останется. Синий и есть синий! Просто у меня в мозгах, видишь ли, какая-то пружинка провисла — работает только закон тождества, и ничего больше. Начну думать вот так — у-у-у, — и ничего не приходит на ум, просто перед глазами будто висит черный занавес и все застит. Какое-то отупение. М-да... Если попытаться выразить это состояние, то как жаба в сумерках — ну да, точно, вылитая жаба, жаба! Нет, подумай-ка, а-ха-ха, я точно та самая жаба на закате!
