Но грустить было некогда. Потому что я смотрела на Зою — настоящую, молодую Зою — и сердце пело. Она уже вернулась из больницы в родительский дом и каждый день приходила ко мне. Всё ещё бледная, худющая, но с тем самым огоньком в глазах, который зажигал наши с ней общие приключения. Зоя, опираясь на палочку, гуляла со мной по парку и с восторгом слушала
