Существовало множество объяснений того, почему сны обладают пророческой силой. Эсхил утверждал, что «во сне глаза души сверкают, зоркие»122. Пиндар, живший с ним приблизительно в одно время, полагал, что сон «являет нам близящийся суд / Меж теми, кому радость и кому беда…»123. Ксенофонт, военачальник и историк, живший в начале IV века до н. э., верил, что сон подобен смерти и что во сне душа человека более всего открыта божественному и способна провидеть, поскольку не обременена плотью. Эллинистический философ Ямвлих объяснял провидческую силу снов тем, что во сне душа больше не отвлекается на управление телом, а следовательно, открыта созерцанию реальностей, в том числе будущего. Он также писал, что, освобождаясь от оков тела, душа объединяется с разумной или божественной сущностью124.
