Холёный уже стал приходить в себя, задёргался и свалился с кресла, ну а я, достав вязальный набор из ящика трюмо, – это не Жаклин, а хозяйки, у которой она снимала комнату, – и воткнул в две точки на теле холёного, обездвиживая его.
Когда в морг вошло два раздолбая-санитара лет двадцати, толкая перед собой каталку, то я приготовился к броску, разрабатывая конечности, чтобы чувствительность вернулась.
, но мы – детдомовские, нам всё привычно. Дверь оставили открытой, чтобы я в туалет мог ходить. Поставив рюкзак рядом с койкой, я сходил умыться и уснул на шерстяном одеяле койки.
А утром на полицейское управление налетел такой шквал людей
