Она перестала бороться и с Никосом, и с собой, подчинившись желаниями своего предательского тела. Обвив руки вокруг его шеи, она стала водить языком по его губам.
Никос помедлил мгновение, глядя на нее сверху вниз своими черными горящими глазами, и начал двигаться, сначала небыстро, а затем все резче ускоряя и темп, и силу своих толчков, и это совпадало с ритмом ее сердца, стучавшего также сильнее и громче.
