Нет ни судеб, ни предназначений, Уккарон, – твёрдо сказал Фесс, глядя в колышущееся чёрное «лицо» призрака, туда, где следовало бы находиться глазам. Смотреть на белоснежные клыки оказалось не слишком приятно. – Есть лишь сотворённое нашими руками.
Старость дарует мудрость, но она же отбирает – нет, не силы – но решимость пожертвовать собой. Отчего-то начинаешь цепляться за жизнь и страшиться небытия.
– Она мне дочь, – отрезал некромант. – Дочь. Самая лучшая, какую только может пожелать мужчина.
– Ага, чтобы без пелёнок-криков-болезней? Сразу готовая, умная и красивая? – усмехнулась гнома.
