К Монплезиру Петр имел пристрастие. Выйдя на террасу, он мог видеть и Кронштадт, и Петербург. Засыпая, – он любил ночевать в Монплезире, – слышал плеск волны, прямо с кровати открывался вид на море – любое: с луною и без луны, с льдинами, летнее море, с рыбачьими шлюпками, пустое, солнечно-ликующее.
