Спасибо большое чтецу за его работу. Однажды читала эту книгу. Сейчас понимаю, что не читала, а "жевала" её, как "сухарь". Теперь же с аудиоверсией осознала, какой же это "бисквит".
Книга может показаться на первый взгляд неинтересной, наполненной статистикой, то есть совсем неприкладной информацией. Однако там много отдельных сюжетов, которые в общей картине, дают чувство "русской" души. Ничего не истолковывается, просто наблюдения. И ты вместе с автором то не годуешь, то любуешься, и всё становится к месту и не случайно зафиксированным.
Двоякое, честно говоря, впечатление. С одной стороны, добротный нон-фикшн о Сахалине и его обитателях, с другой - ну очень много статистической информации, для широкого круга читателей скорее всего не вполне нужной. Тем не менее, рекомендую
Атмосферная книга. Очень отрезвляет
Чехов, конечно, масштабную работу-исследование провел, будучи больным. Великий труд, Великий Человек. Много чего ещё сделал Чехов за свою короткую жизнь. Буквально преклоняюсь перед ним.
Край земли, где Россия уже за спиной, а впереди гром волн обрушивается на безлюдный берег и природа очень неласковая. Нескончаемый Тихий океан отделяет одинокий край от Америки, а здесь тишина, порождающая не мысли, а думы. Это Сахалин.
"Остров Сахалин" Антона Павлович Чехова - документальное повествование, обличительное и удручающее.
Суровая и бедная земля. Неудавшаяся волна колонизации.
Сосланные сюда преступники распределялись по тюрьмам и колониям, но сущая каторга начиналась, когда их отпускали на вольное поселение на острове. В течение многих недель люди терзались в жуткой горячке, ночуя на промозглой земле под ежедневным дождём и холодным пронизывающим ветром. Каждый поселенец должен был самостоятельно возвести для себя избу, самостоятельно заготовить на неё материалы - всё своими руками. Нередкость были совершенно пустые избы, в которых единственной мебелью был стол, единственной кухонной утварью - котелок. После тюремного хлеба из глины и непонятной жижы питание на вольных харчах значительно ухудшалось. Чтобы что-то съесть, надо было что-то вырастить, почва же во многих районах острова славились своей непригодностью к земледелию, а животноводство там и вовсе не прижилось. Страшно представить, что ели и с какой периодичностью.
В некоторых колониях спали вповалку на общих нарах по 5 семей: каторжники, и их жены, и малолетние дети, и старшие девочки, лет по 15. Большинство из преступников было убийцами разного пошиба, среди которых встречались и такие, на чьей совести было по 60 загубленных душ. Стоит ли говорить, о том , что повсеместно были распространены голод, насилие, проституция и безрадостное, подавленное состояние, даже на вольном поселении.
И если следование женщин за мужьями, преступившими закон, воспринимается как кара небесная, то к окончанию чтения главы о сахалинских детях всё ещё больше осложняется и уже не воспринимается так однозначно; в лёгких заканчивается воздух, сердце пропускает удары.
"Разнообразилась жизнь только несчастиями"
Колонии назывались исправительными, но всё исправление в них заключалось в злоупотреблении старшин силой или оружием, а также в батюшкиной проповеди. К слову сказать, жизнь и служба конвоиров там были не менее безрадостными. Один из конвоиров однажды помог бежать заключенным и бежал вместе с ними. Хотя были и такие, которые лоснились от хорошей жизни, продавали заключенным спирт, выигрывали у них же в карты и сожительствовали с четырнадцатилетними дочерьми заключённых.
Чехов описывает жизнь каторжников беспристрастно, никого не обвиняя и не делая никаких выводов. А в висках пульсирует мысль о том, как же всё бестолково было устроено. А еще вспоминается сборник "Тёмная сторона хюгге" и бывший заключённый, который является чуть ли не самым положительным героем всего сборника. Напрашиваются сравнения, сожаления, печаль и высокая оценка труда, который проделал неравнодушный к своей стране и людям доктор.
Не понятно зачем я ее прочла
