Читала медленно, горестно, каждая глава была так тяжела, что отражалась физически… Я, привыкшая к дешевому дофамину, никак не могла принять тот мир, о котором пишет Шмелев. Торжество зла, голода, бандитизма, постепенная утрата людьми человеческого образа. Страшно, страшно было погружаться, осознавать как быстро человек теряет человечность, веру, надежду, благородство… от первого до последнего слова, вы будете слышать и чувствовать смерть. Это самая самая страшная из всех книг, которых я читала
Однозначно одна из лучших книг! Страшная, тяжёлая, но к прочтению обязательно.
Сильная книга, завораживающая и пугающая. Впечатляющий контраст между, с одной стороны, красивой природой солнечного побережья, а с другой стороны, голодом, безысходностью, потерей человечности и бесчисленными смертями
"Лето Господне ", "Старый Валаам" и теперь "Солнце мёртвых" - это вехи жизни И. С. Шмелева, вехи жизни России. Ничего страшней последней книги мне читать не доводилось. Не один раз пыталась её отложить и не читать, не знать, не рвать душу. Дочитала до конца... Нельзя иначе. Для нас это написано.
Книга про солнце, которое больше никогда не должно светить…
Очень непростая книга про очень мрачный период в истории нашей страны. Голод. Человек человеку волк. Специфический слог. Частично напоминает внутренние монологи. Мне напомнило Уильяма Фолкнера «Шум и ярость», но там все гораздо сложнее и непонятнее. У Шмелева это смесь поэзии, внутреннего диалога и чудовищной безысходности. Рекомендую.
Ожидал большего от этой книги. Отзывы были ,что эта ужасная книга! Но на мой взгляд,описание природы и местного колорита съедали весь ужас. Думал,что эта книга будет мощнее Ю.Гинзбург "Крутой маршрут"но увы…
Чтец еще очень медленно читал ,пришлось докручивать скорость на 1,5.
В общем такое себе впечатление о книге. Второй раз бы не смог ни слушать ни тем более читать.
С первых страниц книга пронизана грустью, отчаянием и безысходностью. Я надеялась найти хотя бы строчку надежды, но её не было. Все – и дети, и взрослые, и старики – страдают от голода в условиях только что установившейся советской власти. Целые семьи погибают.
