Во-первых, я не верю, что ты любишь сына Келлфера, а даже если думаешь, что любишь, это изменится.
— Почему? — почти беззвучно спросила Алана.
— Потому что я лучше, — ответил герцог без тени сомнения
3 Ұнайды
Огороженные территории были обширны: засеяв поля и заведя внутрь скот, люди могли бы провести там не один год.
рубите вестнику голову, но нам становится все более и более пора.
— Мне страшно за него, — призналась Алана. — Он думает, что демон не захочет лишаться кормушки и вступит в бой. А этот уже ранил Даора один раз.
— Ранил? — насторожилась леди Лаора. Она со звоном поставила стакан на каменную столешницу и поднялась. — До крови?
— Он был весь в крови, — подтвердила Алана, внутренне сжимаясь от плохого предчувствия.
— Демоны проливают кровь друг друга на чужой или нейтральной территории, только если готовы к вражде кланов. Даор мог на него напасть, но, находясь в Альвиаре, демон в ответ побоялся бы бить. Дед Даора вырезал целые кланы за такое, — нервно пояснила леди Лаора. И негромко позвала в пустоту: — Сед, переместись к нам, пожалуйста.
Алана тоже вскочила. Напряженное лицо леди Лаоры пугало ее.
Разве где-то мне безопаснее, чем с тобой?
Даор счастливо улыбнулся, а затем, вздохнув, ответил:
— Я перемещу тебя в дом моих родителей. Ты же хотела посмотреть на другие миры
Желтые глаза встретились с глазами Даора. Демон широко улыбнулся, показав ряд сверкающих белых зубов:
— Ты не говорил, что твой враг — младший. Это даже интересно.
Он мог знать деда Даора и мог бояться его — а мог не знать и не бояться. В словах твари промелькнуло сомнение, но, не дожидаясь, Даор бросился вперед, не давая демону заметить ведущую к Алане связь. Девочка, ослепленная, потерянная, дрожала за его спиной. Никогда еще он не чувствовал в себе столько силы, как когда выдирал из мира кусок, в котором демон находился, и рвал саму ткань реальности, чтобы разрушить его овеществленную оболочку.
Даор вложил в это почти половину сил — и демон с отвратительным скрежетом развоплотился, не выдержав удара, вынужденно обратившись светом, но в последний миг успев извернуться и пронзить сотней длинных спинелевых шипов место, где стоял борющийся с отдачей мира Даор. Спинель прошла через щиты, сквозь его руки, ноги и торс, обжигая нестерпимой болью, выдирая мясо, и Даор рухнул на землю, изгоняя металл из своего тела.
Спасибо, господин, — услышала Алана обращенные к Даору слова Олеара. — Я даю вам слово, она не доставит хлопот.
— Ты унижаешься, измазываясь в ней, — хлестко ответил ему Даор. — Печально видеть, во что ты превратился. Вероятно, я сильно ошибся в тебе. Не люблю ошибаться
чаще всего они предстают перед людьми в виде божеств и выедают их через ритуалы, поклонение и стремление отдать всего себя служению. Почти все религии, которые ты найдешь в этом мире, будут принадлежать кому-то из когда-то приходивших в Альвиар демонов
Что эта девочка делала с ним? Как ей удавалось? И снова Даор повертел в уме слово «любовь» — слишком куцее для описания происходящего с ним. Было еще одно, что он никак не мог отнести к себе, то, от чего когда-то предостерегал его дед. Оно касалось судьбоносной связи эр-лливи
Это было так странно, что она недоуменно перевела взгляд с его губ на светящиеся глаза и обратно. И потом, не перекрикивая шума, как-то возмущенно спросила:
— Почему вы улыбаетесь?
Он улыбнулся шире и ответил:
— Я только что понял, что мог бы сжечь этот мир дотла, лишь бы ты продолжала быть рядом со мной.
Сказав эту невероятную вещь, Даор легко коснулся губами ее лба, а затем — ее приоткрытых в сбивчивом дыхании губ нежным, почти невесомым поцелуем. Ноги мигом стали ватными. Алана смотрела на Даора во все глаза, внутри нее страх бился с нереальностью происходящего. Вибрация стала глубже: в земле за ее спиной образовалась воронка, смазавшая вход в тоннель.
— Послушай меня. — Его голос успокаивал и приковывал к себе все ее внимание. — Не бойся. Я даю тебе слово, что вытащу тебя из этого не только живой, но и целой и что приду на помощь при малейших признаках опасности. Они подготовились хуже, чем мы думали, бояться нечего. Но пока мне нужно остаться здесь, чтобы поддержать ход и не дать никому лишнему зайти внутрь. Поняла?