Ка-ак защекочет! Но Санька даже не взвизгнул, как обычно.
– Отстань! – закричал он и скинул братишку с кресла.
Но Тёмка не обиделся – чего на Саньку обижаться! Он бодро заплясал, замахал платочком и запел:
2 Ұнайды
Довольно скоро он вернулся, прижимая к груди огромный арбуз. И причёски у папы и арбуза были совершенно одинаковые
У захлопнутой двери, или Исо!
Весёлый малыш Родиончик обожал захлопывать двери. Увидит открытую дверь – сразу ка-а-ак толкнёт её изо всех сил, чтобы хлопнула погромче! И хохочет.
Однажды бабушка вышла на лестничную клетку – мусор выкинуть в мусоропровод. Родиончик тут же ка-а-ак налетит с разбега на входную дверь!
Дверь классно захлопнулась: хлоп! Родиончик радостно захохотал: «Ха-ха-ха!»
А бабушка в ужасе охнула: «Ох!» Ключей-то у неё с собой не было!
– О, Господи! Вот напасть на мою голову! – причитала бабушка, в отчаянии дёргая дверную ручку.
На лестничную клетку вышла соседка тётя Нина с внуком Платоном, пятиклассником.
– Что случилось?
Бабушка всё рассказала и со вздохом добавила:
– Как бы чего не натворил проказник! Он ведь глупый ещё.
– Сейчас я отправлю вашему внуку ссылку на ролик, где наглядно показывают, как открыть любой замок, – сказал Платон. – И Родион отопрёт дверь. У него включён компьютер?
– Какой компьютер! Чего ты выдумал! – замахала руками бабушка. – Родиончику только два годика будет!
– Парню давно пора освоить компьютер. Я, например, с пелёнок сижу в интернете, – гордо вскинул голову пятиклассник и удалился в свою квартиру.
– Болтун! – бросила ему вслед тётя Нина.
А бабушка решила:
– Нужно вызвать с работы маму! Можно позвонить с вашего телефона?
– Конечно! – соседка протянула мобильник. – А я побегу в магазин – надо кормить моего виртуальщика. Аппетит-то у него о-го-го какой реальный!
– Мчусь! – ответила бабушке мама. – Ты пока удерживай Родиона у двери. А то он такое устроит – мало не покажется!
Бабушка села на стул, принесённый тётей Ниной, и стала через дверь рассказывать про Красную шапочку, про Колобка, про репку…
Как закончится очередная сказка, Родиончик сразу кричит: «Исо!» Что в переводе с его языка означает: «Ещё!» Мол, давай ещё сказку!
«Ничего, уже немножко осталось, – подбадривала себя бабушка. – Вот-вот мать приедет».
Но тут позвонила мама и взволнованно сообщила:
– Я в пробке! То в одной, то в другой! Навигатор совсем взбесился! Держись!
– Ох! – уж в который раз охнула бабушка. И начала рассказывать про трёх поросят.
В это время по лестнице поднимался Гошка Заглушкин – из школы возвращался. Он, конечно, остановился – сказку послушать.
Когда поросята успешно разделались с волком, Гошка попросил:
– Можно ещё?
В ту же секунду Родиончик завопил: «Исо!» А бабушка чуть не свалилась со стула.
– Сил моих больше нет! Со всех сторон: «Ещё! Ещё!» Теперь лучше ты, Гошенька, почитай что-нибудь Родиончику. Его отвлекать нужно, чтоб от двери не отходил, всяких бед не натворил.
Гошка достал из рюкзака «Чтение» и открыл басню Крылова «Мартышка и очки» – её на дом задали выучить. Запинаясь, но с выражением прочитал Гошка басню в замочную скважину.
Родиончику понравилось выступление Заглушкина, и он потребовал: «Исо!»
Гошка снова прочитал басню, уже более уверенно. А дверь опять: «Исо!»
И так – несколько раз. Неизвестно, сколько бы ещё времени незадачливая обезьянка кувыркалась с очками, но на лестничную клетку вышел сосед из квартиры напротив. В руках у него был саксофон. Сосед оказался в курсе происходящего – в дверной глазок, наверное, всё видел и слышал.
– Отдыхайте! – кивнул он бабушке и Гошке. – Пора устроить музыкальную паузу. – И сыграл весёлую польку.
– Исо! – одобрил Родиончик.
Сосед сыграл песенку лягушки из мультфильма «Прикольное болото». Гошка и бабушка подхватили припев:
Жить нельзя без озорства!
Бре-ке-кваракс! Ква-ква-ква!
На задорное кваканье вышла соседка из квартиры слева. Она недавно там поселилась. Музыкант, едва взглянув на неё, чуть не выронил саксофон.
– Вы здесь живёте? – в чрезвычайном волнении воскликнул он. – Я вас видел на автобусной остановке несколько месяцев назад! С тех пор мечтаю познакомиться! Меня зовут Олег.
– Вероника, – протянула ему руку соседка.
– Вот и познакомились, – улыбнулась бабушка. – А я, между прочим, Анна Михайловна.
– Вы, наверное, проголодались, – сказала Вероника. – Сейчас я кое-что принесу.
Она скрылась в своей квартире и вскоре вернулась с аппетитными бутербродами на подносе.
– Вот, попробуйте! Я сама солила рыбку по особому рецепту.
…До чего же вкусные были бутерброды! Все угостились на славу.
– Обязательно запишу ваш рецепт, когда попаду, наконец, к себе домой, – облизнулась бабушка. И спохватилась: – Родиончик! Чего-то давно его не слышно! Родиончик, ты здесь?
В ответ тишина.
– Про мартышку будешь слушать? – дожёвывая очередной бутерброд, заорал в замочную скважину Гошка. – Эй, ты! Ку-ку!
– Скорее сюда! – призывно проквакал на саксофоне Олег.
Никакого результата. Дверь пугающе молчала.
– О, Боже! – простонала бабушка. – С ним что-то стряслось! Он мог пальчик в розетку засунуть! И утюг включить! И на шкаф залезть! И на подоконник! Срочно вызываю спасателей!
Но в эту минуту из лифта выскочила мама. Ей всё-таки удалось вырваться из пробок, несмотря на козни коварного навигатора! Мама кинулась к двери и поспешно повернула ключ в замке.
Дверь открылась. Все бросились в квартиру.
– Вот он!
Ребёнок неподвижно лежал ничком, уткнувшись носом в пол.
– Родиончик, миленький, что с тобой? – бабушка схватила внука.
Малыш медленно открыл глаза, сонно улыбнулся и пробормотал: «Исо».
После чего снова заснул.
– Уф! – с облегчением выдохнули все.
Мама бережно взяла Родиончика и отнесла в кроватку.
– Теперь можно и чайку попить, – предложила Вероника. – Идёмте ко мне!
Соседи с удовольствием согласились – уж больно не хотелось расходиться! Вскоре они сидели в уютной кухне, пили ароматный чай с имбирными пряниками и вели задушевные разговоры.
– Как приятно неожиданно оказаться в гостях! – радовалась бабушка. – И, главное, ехать никуда не надо!
– Нет худа без добра, – улыбалась Вероника. – Может, мы бы так и не встретились, хоть и живём друг у друга под боком!
– Это всё Родиончик! – уточнил Гошка.
–
Если вам смешинка в рот
Вдруг случайно попадёт,
Не сердитесь! Не ворчите!
Хохочите! Хохочите!
(Только не на уроках)
На уроке музыки Глафира Петровна строго сказала:
– Дети! Сегодня я вам продиктую новую песню. А вы записывайте всё очень тщательно, не пропуская ни единого словечка! Итак, начали! «Цып, цып, мои цыплятки…»
А в это время Петька Редькин решил пощекотать Владика Гусева. Владик взвизгнул и подпрыгнул. А Петька захихикал.
– Как вы себя ведёте? Безобразники! – рассердилась Глафира Петровна. – Вы у меня дождётесь! – И продолжала: – Цып, цып, мои касатки, вы – пушистые комочки…
А в это время Владик Гусев решил дать сдачи Петьке Редькину. И тоже его пощекотал. И теперь уже Петька взвизгнул и подпрыгнул. Глафира Петровна рассердилась ещё больше и крикнула:
– Совсем обнаглели! Распустились! Если не исправитесь, то ничего хорошего из вас не получится! Только хулиганы и бандиты! Срочно подумайте над своим поведением!
И стала дальше диктовать про цыплят.
А Петька Редькин подумал-подумал над своим поведением и решил его исправить. То есть перестал щекотать Владика и просто выдернул у него из-под носа тетрадку. Они начали тянуть несчастную тетрадку каждый к себе, и она в конце концов разорвалась. А Петька и Владик с грохотом свалились со стульев.
Тут терпение Глафиры Петровны лопнуло.
– Вон отсюда! Негодники! – закричала она страшным голосом. – И чтоб завтра же привели родителей!
Петька с Владиком чинно удалились. Глафире Петровне больше никто не мешал. Но она уже не могла успокоиться и всё повторяла:
– Накажу! Ух, накажу негодников! Надолго запомнят!
Наконец мы дописали песню, и Глафира Петровна сказала:
– Вот Ручкин сегодня хорошо себя ведёт. И слова, наверное, все записал.
Она взяла мою тетрадь. И стала вслух читать. И лицо у неё постепенно вытягивалось, а глаза округлялись.
«Цып, цып, мои цыплятки, я вас накажу, вы у меня дождётесь! Цып, цып, мои касатки! Безобразники, как вы себя ведёте? Вы, пушистые комочки, совсем обнаглели! Мои будущие квочки! Из таких, как вы, вырастают бандиты и хулиганы! Подойдите же напиться и подумайте над своим поведением! Дам вам зёрен и водицы, и чтоб завтра же привели родителей! Ух, накажу этих негодников! Надолго запомнят!»
Класс захлёбывался и всхлипывал от смеха.
Но Глафира Петровна и не улыбнулась.
– Та-ак, Ручкин, – произнесла она металлическим голосом. – За урок тебе – двойка. И ты чтоб без родителей в школу не являлся.
Ну за что, спрашивается, двойка? За что родителей в школу? Я же записал всё, как просила Глафира Петровна! Ни словечка не пропустил
