автордың кітабынан сөз тіркестері Галерея Москва. Шедевры знаменитых мастеров на улицах столицы
В конце XIX века вазы сацума стали так популярны в Европе, что японцы начали делать большие партии специально на экспорт. Традиционно крупные изделия, такие как те, что стоят в московском чайном доме, давали расписывать лучшим мастерам.
Ученица Родена
Будете гулять по Камергерскому переулку, непременно остановитесь у здания Московского Художественного театра. Во-первых, это Шехтель. А во-вторых, тут, на фасаде, находится едва ли не самый известный московский горельеф. Суровая волна, парящий над нею буревестник, мужчина, пытающийся справиться со стихией, и фрагменты человеческих тел вокруг. «Ну чистый Роден!» – скажет кто-то. И в какой-то степени окажется прав. Эпоха его и стиль угадывается. Только лепил этот шедевр не он, а его лучшая ученица Анна Голубкина.
Анна
национального попал в перелом эпох. С одной стороны, на рубеже девятнадцатого-двадцатого столетий на московские улицы уверенной поступью выходит стиль модерн, с другой – в архитектуре всё ещё остаются крепки традиции русского зодчества. Одни недолюбливали других, называя подражателями декадентскому стилю Запада, а те, в свою очередь, упрекали оппонентов в ретроградстве. Но, кажется, Васнецов уверенно держался в своей творческой нише и имел влиятельных поклонников. Среди них был коллекционер Иван Евменьевич Цветков. Он категорически отказывался принимать стиль и манеру современных ему европейских художников и открыто симпатизировал соотечественникам. Васнецов, который был ему почти ровесником, входил в число любимейших живописцев Цветкова. Неудивительно, что именно ему он заказал разработать проект своей частной картинной галереи на Пречистенской набережной.
Особняк Цветкова
Въездные
который не выдержал испытания временем. Кто-то утверждал, что никаких следов листа и его креплений к атлетической божественной фигуре нет. Масла в огонь споров о пикантной особенности статуи подлила история с её изображением на сторублёвой банкноте. Там все достоинства Аполлона прекрасно просматриваются. В итоге было решено прикрыть анатомические подробности.
Квадрига Большого театра, безусловно, прекрасна. Но не она первой всплывает в голове, когда слышишь имя Клодта. Для многих этот мастер прочно связан с Аничковым мостом Петербурга. Ведь именно благодаря скульптору и его работам обычная конструкция, перекинутая через Фонтанку, превратилась в один из самых узнаваемых мостов мира. Местных коней и их обнажённых укротителей знают, любят, изучают.
Аничков
Квадрига – это двухколёсная повозка, запряжённая в четвёрку коней. В античности такие использовались в разного рода шествиях и соревнованиях. Причём каждый из коней тут имеет кличку: Эритрей – олицетворяет восход солнца, Эфоп – пылающий, огненный, Ламп – сияющий, сверкающий, Филогей – заход солнца. Ну и сам Аполлон, который управляет транспортным средством, покровитель искусств.
В итоге получилось тонкое и детальное произведение. Даже понимая, что стоять скульптура будет высоко над землёй и вряд ли кто-то сможет изучить её вблизи, Клодт подошёл к делу максимально ответственно. Он проработал прожилки в листочках лаврового венка, рельеф гвоздей на подковах. И даже зубы у коней сделал немного стёртыми, как у бывалых животных.
От предыдущей, алебастровой, эта скульптурная группа отличалась и материалом – тут несущий стальной каркас с медной обшивкой и выдающимися размерами – 6,5 метра против прежних 4. Квадрига Клодта моментально стала эмблемой Большого театра, а его кони, как и в Петербурге, превратились в один из символов Москвы.
За Аполлоном и его подопечными регулярно ухаживали, чистили, ремонтировали. А когда летом 1941-го столицу стали бомбить с воздуха, в целях безопасности сияющую на солнце квадригу выкрасили в маскировочный зелёный цвет. Правда, один из разорвавшихся снарядов всё-таки нанёс повреждения скульптуре. Его осколок попал прямо в голову античному богу.
Следы войны и времени исправили в 2010-м, когда после серьёзных работ по установке здания театра на новый фундамент отреставрировали и шедевр Клодта.
Во время последней реставрации обратили внимание и на первичные половые признаки Аполлона. Кто-то уверял, Пётр Клодт закрыл их фиговым листом
В 1935-м Никольский фонтан с площади исчез. Его перенесли на Ленинский проспект, к зданию бывшего Александринского дворца, который тогда занимала Академия наук. Фонтан стоит там по сей день. Правда, в купированном состоянии. Исчезла группа из бронзовых орлов, маскароны, решётка с тумбами.
На повороте с Ленинского проспекта к аллее с перемещённым Никольским фонтаном вас встретят ворота. Они тоже из девятнадцатого столетия. Созданы архитектором Евграфом Тюриным. А на них – огромные скульптуры «Времена года». Между прочим, объект культурного наследия федерального значения. Изначально обе группы персонажей были из камня. Та композиция, что слева, в 1920-е разрушилась, и тогда же на её место поместили точную копию правой. В 2023 году ворота отреставрировали. А вместе с ними восстановили и скульптуры. Теперь они обе из цинкового сплава
лошадей.
Удивительно, но этот Петровский фонтан до сих пор стоит на своём историческом месте. И, как 200 лет назад, прекрасно функционирует. Может возникнуть вопрос: а что в этом такого? Вон, фонтан Треви в Риме вообще середины XVIII века и также замечательно работает. Всё верно. Но для Москвы фонтаны Витали – самые старые из городских. Это первое. Второе – так вышло, что из той партии фонтанов на своём историческом месте уцелел только Петровский.
У
украшением храма Святой Великомученицы Татианы при Московском университете. В частности, создаёт двух ангелов – Радости и Скорби, – стоявших на коленях на макушке иконостаса. Сегодня в храме размещаются их точные копии. А оригиналы находятся в Донском монастыре.
Фигура Славы на внутренней стене Донского монастыря
Так
За другими оригиналами Витали, сохранившимися от Триумфальной арки, идите в Донской монастырь. Там на внутренней части старинной стены закреплены две фигуры Славы, парящие в развевающихся мантиях, с лавровыми венками и трубами в руках.
Горельефы
Памятник Минину и Пожарскому идеально вписался в композицию Красной площади, которая в XIX веке обросла и Историческим музеем, и новым зданием Верхних торговых рядов. Сам же монумент позже оградили чугунной решёткой и поставили рядом фонарные столбы.
Серьёзные перемены в судьбе памятника случились синхронно с изменениями в жизни страны. В 1931 году принимается решение очистить Красную площадь. К тому моменту уже возвели Мавзолей, и монумент имперским героям напротив него смотрелся, как тогда казалось, идеологически некорректным. К тому же посчитали, что он мешает проведению парадов, шествий и демонстраций. С такими аргументами его аккуратно передвигают в сторону, ближе к Покровскому собору. Там он стоит и по сей день, развёрнутый уже не на Кремль, а на Исторический музей.
За этот памятник скульптор Мартос получил награду – чин действительного статского советника. Это соответствовало генерал-майору и давало право титуловаться «Ваше превосходительство»