Блеклые голубые глаза Загорулина смотрели так, будто хотели пронзить насквозь и полюбоваться сделанным.
– Не получилось? – тихо переспросила я.
Шеф внезапно замер, умолкнув на полуслове. На мгновение показалось, что не поверил услышанному. Либо пытался понять, как можно без единой эмоции слушать, а потом ещё возражать. При этом тоном светской беседы. Но тут же прокашлялся и воинственно заявил:
– Именно! Я же ждал быстрого урегулирования вопроса. Тут же не получится, растраты и так…
– То есть когда заключался контракт, никто не обратил внимания, что сроки там не соответствуют заявленным работам? – все тем же тоном уточнила я, даже не подумав повысить голос.
Крик – не для работы. Чем громче ты кричишь, тем меньше тебя слушают. Либо начинают орать в ответ, либо замыкаются в себе. Обычная защитная реакция. Но шеф находится у границы, когда хотелось говорить правду. Пусть и почти правду. Но делать вид, что ты виноват в том, чего не делал – это чересчур.
Повисла тишина.
