Оглавление

3. 1. 1
   2. 2
   3. 3
   4. 4
   5. 5
   6. 6
   7. 7
   8. 8
   9. 9
   10. 10
   11. 11
   12. 12
   13. 13
   14. 14
   15. 15
4. 1. 1
   2. 2
   3. 3
   4. 4
   5. 5
   6. 6
   7. 7
   8. 8
   9. 9
   10. 10
   11. 11
   12. 12
   13. 13
   14. 14
5. 2. 2
   3. 3
   4. 4
   5. 5
   6. 6
   7. 7
   8. 8
   9. 9
   10. 10
6. 4. 3
   5. 4
   6. 5
   8. 7
   9. 8
   10. 9
   11. 10
   14. 2
   15. 3
   16. 4
   17. 5
   18. 6
   19. 7
   20. 8
   22. 1
   23. 2
   25. 4
   26. 5
   27. 6
   28. 7
   30. 9
   31. 10

ВСТУПЛЕНИЕ

В данное издание вошли четыре оригинальных книги Демонической Эпопеи, а так же две дополнительные главы: «Рождественская глава» и «Пленённые Небеса», не являющиеся канонными.

Сказ Симиорга, обыкновенного Князя Тьмы

«Каждый человек чем-то одержим.

Одни хотят долгой и счастливой

любви, другие богатства и славы,

третьи всеобщего признания. А

ещё в мире полно наивных дураков,

жаждущих буквально купаться

в материальных богатствах.

И покуда их предостаточно, демоны

будут жить в обилии. Легко ведь

продать то, что даже не видишь, за

материальные блага, верно?»

Фегрис, демон l ранга, глава д. Кровавого рассвета

1

Я лежал на земле в луже собственной крови. Первым ударом сзади мне сломали ребро, вторым оставили сквозную рану где-то в районе бедренной кости. Так меня и оставили лежать здесь — лицом вверх, обездвиженного и никчёмного. «Какая злая ирония.» — Подумал я, раздражённо взирая на равнодушное небо. — «Я не попал бы в эту передрягу, если бы пошёл до дома обычным маршрутом. Вот каков юмор — оказаться на грани смерти из-за желания срезать путь и сэкономить немного времени.» Умирать мне не хотелось — только не так, только не здесь — в грязной подворотне, по соседству с разрисованной из баллончика стеной, фактически уткнувшись носом в мешки с воняющим мусором, небрежно брошенные кем-то с наполовину пустым мусорным баком. Красота, ничто не скажешь. Интересно, какова будет реакция такого же случайного прохожего, который набредёт на обескровленный труп двадцатилетнего юноши? Вызовет он полицию или просто брезгливо перешагнёт и пойдёт дальше, делая вид, что ничего не видел?
Внезапно навалившаяся усталость вынудила меня закрыть глаза, и я канул в Бездну… Боль, донимавшая меня последние несколько минут, ушла. Неба и Земли больше не было — была лишь мрачная комната, был лишь мозаичный пол и жуткие потолочные своды, уходящие в беспросветный сумрак. Вот он каков — Загробный мир?

— Вынужден тебя разочаровать, но ты до сих пор жив. — Услышал я хриплый мужской голос и торопливо обернулся. Рядом со мной, на роскошном стуле, вылитом из золота (если то и правда было золотом) удобно устроился седовласый мужчина с красной, словно воспалённой кожей, облачённый в мантию из синей ткани, украшенную красной каймой и чёрными замысловатыми узорами. Пальца его рук украшали два перстня — один бы выполнен в виде руки скелета, вцепившейся в алмаз (который, вне всяких сомнений, был настоящим), второй, выполненный из необычного голубоватого металла всё время переливался, что очень меня заворожило. Впрочем, не столь сильно, чтобы я забыл о происходящем. У меня было куча вопросов, и главным из них был — «Как, чёрт побери, он здесь появился?!» Но от того, чтобы их задать, меня останавливали две вещи — банальная вежливость и не умолкающее чувство тревоги. И, чего греха таить, если первое я мог банально перебороть, второе мне никак не удавалось взять под контроль. Дело было не столько в его внезапном появлении — заставляла дрожать излучаемая им Сила. Я чувствовал себя муравьём, над которым нависла громадная нога человека.

Он встал со стула и поставил меня на ноги, так, словно я ничего не весил.

— Твоё тело сейчас бьётся в агонии на земной тверди, медленно умирая (Он равнодушно махнул рукой куда то наверх), здесь лишь твоя сущность, дух и разум. Просто ты привык видеть себя таким, закованным в бренное тело, и посему выглядишь и здесь точно так же.

— Неужто вы Харон? — Спросил я, совершенно не осознавая себя и того, что мету. — Тот, кто переправляет души?

Он засмеялся, и кровь моя похолодела в жилах. Столь ужасающего смеха я никогда не слышал — он словно расплёскивал во все стороны волны энергии, вполне ощутимые, пусть и невидимые.

— Напротив, я тот, кто дарует тебе второй шанс. Позволь представиться, я — Азазель, король Подземья, представитель одного из древнейших домов Ада и единственный твой шанс продлить своё существование в полюбившемся тебе мире.

Я расхохотался. Право, такой помеси абсурда и безумия я давно не слышал. Неужели я, как дурак, поведусь на такой развод? Конечно я в больнице и сейчас доктор разыгрывает своего доверчивого пациента. А отключился я, разумеется, ещё до того, как прибыли медики, которые меня сюда доставили — этим и объясняется столь резкий переход.

Часть меня осознавала, что я сам себе вру, что правда слишком ужасна, чтобы я мог её принять. И мой новый знакомый решил мне доказать, как же, чёрт побери, эта часть меня права. Он навис надо мной, мрачный и внезапно даже помолодевший, а последующее мгновение стало для меня величайшим шоком. А что ещё можно сказать, когда на твоих глазах человек обращается в чёрную жуткую массу, сотканную из бесконечно пожирающих друг друга змей. Каждая из змей так и лучилась ненавистью и злобой, от чего мне стало невероятно жутко. Это продлилось всего около нескольких секунд, после чего всё вернулось в норму, чего не скажешь о моём душевном спокойствии.

— Что это было? — Спросил я, не в силах скрывать охвативший мен страх. Азазель довольно улыбнулся, будто сытый кот. Видимо, был чрезвычайно доволен тем эффектом, который произвела его демонстрация силы.

— То был мой истинный лик. Знаешь, ты великолепно подходишь, сознания людей до тебя это зрелище обращало в безумие. Я очень рад, что не ошибся в выборе. Скажи, Антон, ты хочешь жить?

— Больше всего на свете! — Воскликнул я. Должно быть, крайне странно соглашаться на предложение демона, о существовании которого ты даже никогда не подозревало, но сейчас это меня не особо волновало.

Азазель, вновь усевшись, откинулся на спинке стула.

— В таком случае тебе придётся пройти некоторую реинкарнацию. Не каждому смертному дано пройти через неё и сохранить личность и память. Я не из тех, кто делает подарки, и для тебя сыщется работа.

Он щёлкнул пальцами, и у ног моих возникло два огромных чёрных клинка, сцепленных цепью. На их лезвиях алели, словно вычерченные кровью, руны.

— Это мечи Саиро и Уф, древняя регалия моего дома, которую я дарую избранному в Князья Тьмы. Испокон веков люди, получившие титул Князя Тьмы, вершили суд, возвращая демонов-бунтарей, вздумавших перечить воле Верховных домов, назад в Преисподнюю.

— Верховных домов? — Спросил я, заинтересованный его словами.

— С самого зарождения Ада три сильнейших демона разделили между собой власть и сформировали Три дома Ада по велению матери Индаил. Присягни мне на верность и обретёшь силу, о которой ни один смертный и мечтать не смел.

В голосе его пропала сталь, он стал ласковым и вкрадчивым.

— Представь только, ты сможешь буквально вернуться с того света, обретя силу, не подвластную никакому другому человеку. И всё это за небольшую плату — доставлять назад, в Ад, демонов-бунтовщиков, которым нет места на земле.

Я был чрезмерно очарован. Он словно видел меня насквозь, и читал мои желания и чувства, как книгу. Я до сих пор помнил тот миг, когда удар сзади оборвал моё мирное существование. И если Азазель предлагает мне шанс продлить и изменить свою жизнь, почему я должен отказаться?

— Я согласен. — произнёс я и с удивлением почувствовал, как злорадно приподнялись уголки моих губ, обнажив скалящиеся зубы.

— Хах, да тебе нет равных! — Сказал Азазель, осклабившись. — Ты уже готов приступить к реинкарнации. Дай мне свою руку.

Повинуясь вновь проявившимся в его голосе повелительным интонациям, я протянул ему свою руку. Он обхватил её своими пятернями, которые, подобно змеям, окутало тёмное пламя.

— Ты согласен примкнуть к моему дому и стать карой непокорных и их ночными кошмаром, Князем Тьмы? — Произнёс он, тщательно выделяя каждое слово, словно при прочтении договора. — Согласен в случае необходимости пускать все полученные тобой силы на благо Верховных домов, на укрепление их Силы и поддержания их Власти?

— Да! — трепетно произнёс я.

На руке моей возник символ — уроборос, змея, что в вечном движении пожирает свой хвост. Я с недоумением смотрел на неё, пока вдруг волна боли не накрыла меня с головой. Нечто чужеродное и могущественное начало потоками вливаться в моё тело, мышцы мои налились свинцом, а каждый нерв пищал от непереносимой боли. Кожа бурлила, словно вода. Я вдруг услышал нечеловеческий крик, а потом понял, что кричу я сам — никогда ещё мне не приходилось переживать столь мучительные ощущения. Тело моё билось в конвульсиях, застывая в самых неестественных позах.

— Терпи! — Сказал Азазель, наклонившись к моему пылающему челу так близко, что я видел, как хищно расширяются его ноздри при вдохе и чувствовал его дыхание, на удивление холодное для живого существа, но в самый раз подходящее зимнему безжалостному ветру. — Если ты не сможешь обуздать дьявольскую силу сейчас, то будешь слишком слаб, чтобы ей управлять. Но если ты справишься и примешь дьявольскую мощь, как свою, получишь небывалую силу, сравнимую с природной.

Жуткая слепящая боль продлилась ещё несколько минут, которые однако ощущались как целая вечность. Но я смогу совладать с ней, словно стянув в тисках своим разумом и заставив бесследно исчезнуть. Сделал я это совершенно машинально, подчиняясь внезапному волевому порыву.

— Отлично! — воскликнул Азазель, довольно усмехаясь. — Вся эта сила теперь принадлежит тебе, и тебе под силу обуздать мощь клинков. О старом своём теле не беспокойся — тебе даровано новое, внешне идеально схожее, но более выносливое и совершенное. Но даже не думай о прежней своей жизни — тебя попросту нет в людской истории, теперь ты — полноправный Князь Тьмы! Отныне ты не связан с другими людьми, и в честь этого я даю тебе новое имя — Симиорг.

Я, жадно заглатывая ртом воздух, ползком добрался до мечей и ухватился за их рукояти. Рукоять одного меча показалась мне ледяной, другого — почти пылающей. Подняв голову, я увидел знакомое небо — и не увидел на земле никакой крови. Вне всяких сомнений, это место не было той подворотней, где я был оставлен умирать, но тело было моё — такое родное и до мельчайшей детали знакомое, не хватало разве что недавно полученных ранений, и по ощущениям, все кости были на месте. Или всё же это тело не моё? Проходящие мимо люди удивлённо и опасливо косились на два меча, торчащие из пробитого асфальта — на те самые Саиро и Уф, дарованные мне этим странным созданием. Взглянув на ладонь, я увидел там недавно полученную метку и усмехнулся — вот она, новая жизнь! Не обращая на прохожих внимания, я без всяких усилий вытащил мечи, дивясь своей силе, и устремил свой взгляд вдаль, где в облаках купалось солнце.

«Ты услышишь меня, где бы не находился. — Прозвучал в моём сознании голос Азазеля. — Поздравляю тебя с назначением, слуга дома Чёрного пламени, новый Князь Тьмы.»

2

На небе багровела Луна, заливая улицы зловещим красным светом. Прохожих было мало, и каждому случайному путнику атмосфера этой ночи дарила ауру таинственности. Лица их казались мистическими, они передвигались своими мистическими ногами и ездили на ну очень мистических машинах. Неоновые вывески слабо мерцали над дверьми баров, кафе и отелей, но в эту поистине дьявольскую ночь они были слишком серы и невзрачны, чтобы привлечь хоть чьё-то внимание.

Я шёл подобно праздному королю, чувствуя силу и своё безграничное превосходство над окружающим меня миром, и казалось, что сама ночь принадлежала именно мне. Чужие тени услужливо падали к моим ногам, тучи проносились мимо, и даже ветер, мой давний враг, не смел боле дуть мне в спину.

После пережитого день назад я понял, что земля, по которой я хожу — действительно райское место. Мрачные своды комнат Азазеля не смели бы тягаться в своей красоте с хороводом облаков на небе. Я отлично понимал демонов, что решили жить на поверхности, пойдя против правил и законов Верховных домов, как понимал и то, что уже стал частью этого мистического мира и что именно мне придётся возвращать их назад. И уже тогда смутно, но отдавал себе отчёт, что роль моя далеко не героическая. Но вместе с тем я был свободен сам, и это даровало мне эгоистичное удовлетворение.

От размышлений меня отвлёк внезапно зазвучавший в сознании голос Азазеля.

«Надеюсь, что ты доволен дарованной тебе жизнью. Как никак, уже целые сутки находишься в бесплатно заштопанной шкуре. Но получать подачки могут все, а вот достойно платить своим добрым поставщикам — немногие.»

Я замер от неожиданности, как громом поражённый.

«Неужели появилась работа? Или произошло что-то серьёзное?»

«Серьёзнее, чем может показаться на первый взгляд. Скоро собрание Верховных домов, и другие Короли требуют, чтобы я представил им тебя. Таковы наши традиции, а традиции надобно уважать. Тебе придётся немножечко поскучать в Аду, пока серьёзные дядечки будут разговаривать на важные темы.»

Вернуться в Ад?! Это значит, что…

«А мне не придётся снова… Ну…» — начал я, но запнулся и оборвал свою формулировку, поняв всю нелепость и опасность подобного вопроса, однако Азазель и так всё понял.

«Умирать? Нет, только если ты меня не разозлишь» — отрезал он.

Зубки ужаса вновь решили отведать на вкус моей плоти. Но разогнав панические мысли, я ответил. В любом случае отступать было уже поздно.

«Ну а как тогда?» — произнёс я, чувствуя себя абсолютным дураком.

«Слушай меня внимательно. Тебе нужно найти Рину, она заведует баром Мистический свет. О том, как её найти, можешь не беспокоится — пожелаешь найти бар, и удивишься, как же легко это получится. Ну а в случае, если твои поиски не увенчаются успехом, мне придётся перенести тебя в Ад самому с помощью нашей связи. Это будет иметь незначительные последствия.»

«Незначительные?» — подозрительно спросил я, понимая, что он темнит.

«Да, очень незначительные.» — Невозмутимо ответил Азазель. — «Насильственное перемещение может вызвать небольшие изменения в строении твоего тела и поменять некоторые его составляющие местами, а некоторые могут и не добраться при переносе вовсе. Первое время будет дискомфортно, но потом привыкнешь.»

На том наш телепатический контакт и оборвался. Становиться чудовищем Франкенштейна мне совершенно не хотелось, а значит оставалось лишь одно — Рина и её бар. Что за туманные формулировки касательно того, как его найти? Как мне это всё истолковывать?

Я двинулся вперёд и… Стукнулся рукой о невесть откуда взявшуюся дверную ручку, а взгляд мой упёрся в позолоченную табличку — «Бар Мистический свет — филиал Ада на Земле». Ещё недавно подобное бы меня испугало или удивило, но чёрт, пугаться буквально после того, как тебя сперва чуть ли не воскресили, а потом и назначили самым настоящим Князем, было бы странно. Потому я лишь обрадовался такому простому разрешению данной проблемы. И помня, чем мне чревато опоздание, я поспешно прошёл внутрь. Это действительно был бар. Бар, битком набитый демонами — худыми и толстыми, маленькими и огромными, уродливыми и прекрасными. Множество столиков, единственным украшением и элементом декора коих служили черепа с торчащими из глазниц могильно-черными розами. Прямо у входа висела портьера с одной единственной пентаграммой, треугольником в двойном кольце, каждое из которых испещряли руны самого зловещего вида, о значении которых можно было только гадать. Были здесь и картины — впрочем, сцены, что на них увековечили, слишком отвратительны, чтобы их описывать. Уже то, что сердцеедство в данном случае не было никакой метафорой, говорит о многом.

Окружающие, по счастью, не уделяли мне особого внимания. Я всё больше убеждался, что посетители этого заведения принадлежат к самым «низам» Ада, послушные бесы, которые выпив залпом стакан-другой, вернуться к привычной работе — пыткам грешников, вымогательству сущностей и прочей рутине данного плана, о которой я старался не думать. Тут, пожалуй, стоит объяснить устройство Ада, раскрытое мне Азазелем.

В Аду, как это удивительно бы ни было, царит строжайшая иерархия, которую установили Верховные дома вскоре после самого его зарождения. Три Трона Хаоса принадлежат главам Верховным домов, правителям Ада — Азазелю, Арстаино и Гибрулусу, иначе говоря, первому рангу. Все демоны данного ранга фактически бессмертны и постоянно подпитывают тела Силой Подземья, которым правят. Так могут делать лишь они, те, у кого есть связь с троном. Но связь правителя с троном не является чем-то вечным, и существует покуда её не разрушит демон второго ранга, иначе говоря Потомок. Потомки нещадно убивают своего родителя, когда превосходят его в силе, и занимают трон. Если же у главы дома нет прямого потомка, на его место могут претендовать обделённые властью дети других правителей. Так меняются правители Ада. Последним слоем Высших демонов являются слуги Правителей, достопочтенные воины и хитрые проныры. А начиная с четвёртого по шестой ранг идут «низы» Ада, не имеющие никаких прав на участие в делах властных Королей. Впрочем, очень редко, но иногда в состав Верховных домов и плеяды их слуг прорываются демоны без связей, что фактически эквивалентно чуду.

И другой, особый разряд уделён контрактникам — таким же людям, как я. Сила и социальное положение заключивших контракт с демоном зависят от ранга и сил оного. Словом, я оказался почти на самой верхушке иерархической лестницы.

Обострив чутьё, я окончательно убедился в своей правоте. Ауры окружавших меня демонов были слабы и едва ощутимы. Подавляющее большинство шестого и пятого рангов, и всего трое-четверо четвёртого. Однако в глубине переполненного бара я уловил две крайне необычных ауры — по силе они не уступали мне, и более того, их обладатели точно были людьми.

Я отправился в скитание меж длинных столов. Окружающие демоны всполошились, растревоженные моим появлением. Кто-то недружелюбно скалился, иные сжимались от испуга, едва завидев печать дома на руке, а один напористый бес схватил меня за шиворот с намерением вышвырнуть вон, но едва завидев чёрные лезвия Саиро и Уф, вмиг отдёрнул руку и по рабски зароптал, моля о прощении, но я и внимания не обратил, так как нашёл искомую цель.

За одним из круглых столов, подобно окружающим их демонам, сидели двое. Девица, одетая в кожаную куртку и тёмные кожаные штаны, с серебристыми волосами и голубыми глазами, которые так удивительно смотрелись на её юном лице, усеянном вереницею веснушек, и усатый юноша, разодетый словно праздный щёголь, в фрак бордового цвета и не бордовые высокие сапоги. Лицо его было мрачно, а серые глаза смотрели на мир с нескрываемым вызовом. И хотя лицо и было юно — он определённо был мой ровесник — оно было всё иссечено мелкими шрамами, что сильно портило впечатление. Но стоило отметить, это добавляло ему некий шарм. И последней, наиважнейшей деталью, что я увидел, были тыльные стороны их ладоней — у девушки на ней красовалось светло-серое изображение расправившихся крыльев, у юноши — красной кучи черепов. Неужто печати, как у меня, но совсем иных домов?

Мне не долго удавалось оставаться незамеченным. Стоило мне подойти ближе, они тут же вскинули на меня свои глаза, в которых читалось удивление. Но то длилось до тех пор, пока они не различили на моей руке печати.

— Так ты и есть Азазелев новобранец, которого нам велели тут сидеть и ждать? — Цинично окинув меня взглядом, процедил юноша.

Девушка оказалась куда более доброжелательной.

— Ты уж извини моего друга Трейглава за дурные манеры. — Сказала она, привстав и протянув мне руку с явным ожиданием, что я её поцелую. — Я — Рина, слуга дома Погибельной Птицы, а он, как ты мог догадаться, слуга дома Неронного рассвета.

Я исполнил нехитрый ритуал знакомства и мы уселись. Погибельная птица, неронный рассвет? Так называются два других высших дома Ада?

Я решил выведать как можно больше обо всём, что связано с моей новой работой, а потому начал активно расспрашивать Рину и Трейглава. Последний не отвечал, зато Рина с радостью говорила. Как оказалось, она поступила на службу к демону Арстаино взамен вечной молодости, прошлое Трейглава же для меня так и осталось загадкой. Помимо этого я узнал, что сильнейшим демоном является её хозяин Арстаино — Золотой ангел Ада, его сила растёт с каждым мгновением жизни, а так же и то, что каждый демон первого-второго ранга имеет так называемый Истинный облик, названный так в честь того, что в нём демон обретает новые способности и становится сильнее. В отличии от остальных демонов, третий ранг и второй так же нередко выходят на землю для выполнения важной работы или просто для развеивания своей скуки.

«Ключевой элемент в существовании каждого разумного и осознанного существа — его сущность. Будь он демоном или ангелом, королём или рабом, мужчиной или женщиной, хищником или жертвой, создание имеет сущность. Теряя тело, сущность проходит процесс перерождения и получает новое тело, потеряв при этом память. Сущность является основой жизни, а потому она почти неуязвима. В мире существует всего лишь два способа уничтожения сущности, о которых знают единицы.»

Мы так заболтались, что почти забыли о том, что нужно идти, и я вспомнил об этом только когда острая боль пронзила моё руку — в том самом месте с меткой. Рина тоже похоже ощутила нечто подобное, потому что взяла меня за руку и повела куда-то вглубь заведения, явно спеша. Трейглав шёл следом, и по лицу его я понял, что это будет то ещё представление.

3

Огромные троны из демонического камня возвышались над вами в ужасающей пустоте, зовущейся Местом Собраний. В отличии от нестерпимого жара и жуткого холода в остальном Аду, представляющем из себя огромнейшие долины с котловинами, в которых под неменяющимся небом работали демоны, данное место давило не физически, а психологически.

Здесь была Тьма в истинном и первозданном своём облике, пугавшая меня много сильнее телесных мук. И если те обширные долины вписывались в рамки безжизненного, жуткого и одновременно скучного места, это было Зло во всей своей красе, травящее сущности. Многие, ступив сюда, переполнялись Тьмой и умирали, проклиная весь мир.

Троны являли собой монументальное, но совершенно не зловещее зрелище. Огромные камни, берущие начало где-то на дне бездны и существующие с самого начала времён, которые Владыки использовали как свои троны. Я много слышал об их скрытой силе и потенциале, и множество легенд о том, что мизерное повреждение хотя бы одного из тронов губительно скажется на привязанном к нему фрагменту пустоши, но во всё это было трудно верить. Но в силе тех, кто на них восседал, сомневаться не приходилось.

Левый трон занимал Азазель, сидящий на нём с лицом скучающего философа. Он сменил наряд — на нём была тёмная мантия с серебристого цвета петлями, скрепляющими её подобно пуговицам.

На правом троне восседал Гибрулус, принявший облик мужчины лет сорока, в серебристой куртке, белой рубахе, чёрных брюках и кедах. Глаза его, две яростно вращающиеся точки, отбивали всякое желание смеяться. Была за Гибрулусом садистская слава, он был напорист и неистов как со врагами, как и с друзьями. Повергнув своего отца, Владыку дома Кровавого рассвета, он не только занял его трон, но и дал понять всем слугам, что не намерен с ними якшаться. Свой дом он переименовал в честь самого жестокого из императоров, когда-либо существовавших на Земле. Была в этом и очень злая ирония, ведь сам Гибрулус по натуре своей очень походил на Библейского Сатану, коим нарекали Нерона за его чрезмерную жестокость люди.

И, как и по законам всякой истории, самая колоритная фигура занимала непосредственно центр. Вот и сейчас центральный трон принадлежал юноше, разодетому, как Лондонский Дэнди. Но внешность очень обманчива — под маской самовлюблённого щёголя скрывался сильнейший из когда-либо живших демонов — Арстаино, правящий своим домом с самого его создания. Многие пытались свергнуть его и погибали. Этим, и ещё ужасающей силой, объяснялся авторитет Золотого ангела не только среди демонов в целом, но и среди прочих Владык, каждого из которых он пережил. Сила его была столь велика, что он мог находиться в форме человека не дольше трёх земных суток подряд, и по их прошествии его истинный лик полностью растворял иллюзию. Был он, казалось, вежлив и обходителен, но им правила невероятная гордыня. Кто смел задеть его самолюбие, не имел ни единого шанса спастись или убежать и умирал на месте. Потому никто не смел его гневить.

Помимо амбициозных правителей, в Зале собрались остальные сливки Ада. Все они так же предпочитали человеческий облик истинному. Было их порядка пятидесяти, в большинстве слуги, походящие на дряблых, довольных жизнью богачей, в дорогих пиджаках и роскошных сверкающих перстнях, с прилипшими к лицам лицемерными улыбками. Пахло от них дорогими духами, столь неуместными и резкими на фоне общей полифонии запахов. И никогда не расставались они с маленькими шкатулочками, в которых лежали договоры и игла для росписью кровью. Среди них выделялся лишь Гриздейл, худощавый демон, слуга дома Неронного рассвета, пробившийся с самых низов к верхушке благодаря невероятным амбициям.

Оставшуюся часть собравшихся составляли демоны второго ранга, наследники Властелинов. Это были невероятно бледный и совершенно лысый демон Инкус, сын Азазеля, с такими же чёрными горящими глазами, горделивая Анриелла в белоснежных кружевных одеяниях, споровождаемая личной четой слуг, а так же её братец — надменный и горделивый Аполлио.

Я, Рина и Трейглав ощущали себя крайне неуютно в этой толпе. Как контрактники, мы относили себя к людям, пусть и несколько модифицированным дьявольской силой, нежели к полноправным и чистокровным демонам.

— Сегодня у нас особый повод собраться здесь. — Начал Азазель, привстав со своего трона. В Зале Собраний вмиг воцарилась полнейшая тишина. — Рад представить вашему вниманию новую фигуру в нашей игре — Симиорг, слуга дома Тёмного пламени, новый Князь Тьмы.

По толпе прокатился удивлённый вздох, и глаза всех демонов устремились на меня. В них не было никакого дружелюбия или хоть какой-то поддельной приветливости. Слуги смотрели нагло, но не без страха — как задирчивая маленькая собака на более крупную особь. Демоны же второго ранга проявили себя ещё более сдержанно — в глазах их читалось холодное презрение. «Почему именно тебя выбрал Азазель?» — явственно читалось в их взглядах. Вот он, истинный Ад, греховная вершина, где где слуги готовы ради господ и славы оставить нож под лопаткой у лучшего друга.

Их взгляды ещё долго жгли меня и преследовали в кошмарах. Азазель заговорил, кажется, спустя целую вечность.

— Как вам известно, всё чаще и чаще демонам удаётся сбежать из Ада на Землю. И что прискорбно, не только рядовые демоны, но и доверенные слуги, что особенно позорно. Риндул, Киайджо, Джарриелл, и даже Инфериус… А это значит, что мы теряем власть. Значит, что мы должны принять все меры по её укреплению. И в руках нашего нового Князя клинки вспыхнут с новой силой, и обагрятся кровью нечестивых предателей.

— Как же мы будем отправлять назад в Ад тех, кто сбежал, не зная, где они скрываются? — Сказал Гриздейл с недоумением и его шумно поддержали несколько демонов.

— К чёрту Князя Тьмы и древние традиции, — расхохотался Гибрулус, и сразу в воздухе повис запах железа и крови. — Я самолично отправлюсь наверх и уничтожу всех: и предателей, и людей.

— Не выход. — Сказал Арстаино невозмутимо. — Во вселенной не всё так просто, как тебе кажется, Гибрулус. Полное истребление Наземья приведёт нас к катастрофе и нарушению баланса. Опять разразиться тысячелетняя война с Небесным Царством, и миру в нынешнем его положении её просто не выдержать.

— Твои убеждения меня не остановят! — Вскипел кровавый титан. — Ты свихнулся со своим балансом, Арстаино! Я выйду и уничтожу и людей, и всё небесное воинство без твоей помощи! И отныне мир будет принадлежать лишь нам, демонам, и твои древние сказки меня не остановят, старый ты маразматик!

Будь тут море, оно бы уже выкипело от взглядов, которые скрестила эта парочка. Гибрулус уже не сидел, а стоял, нависнув над сидящим Арстаино. Тот тоже уже терял всякое спокойствие, это было видно по тому, как в обычно спокойных его глазах зажглись зловещие тёмные огни. Но буре не суждено было начаться — вмешался Азазель.

— Я согласен с Арстаино, Гибрулус. — Сказал Азазель, положив руку на плечо пылающего яростью гиганта. — Не будь столь радикален и вспыльчив, ведь ты и сам знаешь, что при всём твоём могуществе и силе тебе не истребить в одиночку целый полк небожителей. Есть и иные способы найти бунтовщиков.

— Например? — спросил Гибрулус, повернувшись уже к Азазелю. — Их предательство будет покарано, и если ты, что бы ты не задумал, не сработает, за дело возьмусь я.

Тот лишь начал водить по воздуху пальцем, оставляя светлый с чёрным след.

— Чем нам помогут твои каракули? — Презрительно спросил Владыка дома Неронной змеи у Азазеля.

— Nos debet esse vultus pro. Моя магия позволит найти на Земле демонов и не даст им укрыться от моего взора, а тем временем палач свершит своё дело. Никому не под силам обмануть вездесущую Вечность.

Когда его рисунок принял вполне различимые очертания глаза, он нажал на зрачок, и рисунок распался, расползшись кучей нитей, вмиг исчезнувшими из обозримого пространства.

— Начало положено. — Сказал Азазель, вновь воссев на свой трон. — И скоро их настигнет предначертанная судьба.